Бедовый 8. Второй кощей

Явно находясь в легком нокдауне и срочно нуждаясь в коуче по личностному росту. Ну, чтобы найти себя в этом мире, переосмыслить прожитое, составить бизнес-стратегию своего дальнейшего поведения и все такое.

Что Куся вообще ничего не отдуплял — я понял еще и по тому, что тот пытался встать, но у него не особо не получалось. На деле же он просто распарывал своими кинжально острыми когтями обивку дивана. Засранец. Вот даже в таком состоянии умудряется меня бесить.

— Матвей! — возмутилась Зоя.

И тут же рванула ко мне. Не представляю для чего. Наверное, чтобы совершить какие-то непоправимые действия, о которых потом могла пожалеть.

Я лишь выставил руку, и девушка уперлась в невидимую стену. А что? Это я на грифона не могу воздействовать с помощью хиста. А Зоя пусть привыкает. Никакой декриминализации домашнего насилия под этой крышей.

— Он же еще маленький, ничего не понимает, а ты его…

— Вот пусть и учится. Заметь, не я на него напал!

Воздействие вроде сработало. Когда я опустил руку, Зоя бросилась не ко мне, а к поверженному грифону. Я хотел ее предупредить, что это слишком опрометчиво, но потом передумал. Не из-за того, что злился на нее, отнюдь. Просто она тоже должна дойти до всего сама. Помогать тут — только портить.

Поэтому, когда потерянное существо отреагировало единственно возможным образом на возникшую рядом фигуру — махнуло острыми когтями, — скомандовал:

— Гриша, тащи бинты.

Зоя лишь вскрикнула и схватилась за руку, тут же отшатнувшись от своего любимца. И заодно заливая кровью ковер.

Что обычно произносят женщины в таких случаях? Нечто вроде: «Я же говорила». Мне хватило такта и выдержки промолчать. Я лишь перехватил шатающуюся Зою и сразу же нащупал ее хист, вливая в него свой.

Забавно, что тогда, с Митькой, подобное казалось мне необычайно сложным. Теперь все произошло само собой. Будто бы даже на автомате.

Капля юшки скатилась с руки Зои в последний раз, а на месте глубокого пореза уже красовалась линия запекшейся крови.

— Ни фига себе! — искренне восхитилась девушка.

— Я не волшебник, шрам будет. В смысле, волшебник, но не до такой степени. Гриша, отбой по бинтам. Так, брякнул что-то, не подумав.

— А где Куся? — встрепенулась Зоя.

Мое рубежное зрение четко определило цель, которая стремительно удалялась в направлении собственной комнаты. Я же говорю, вполне себе разумная нечисть. Грифон провел работу над ошибками, четко понял расстановку сил и решил ретироваться.

Правда, я не думал, что в новой классификации неразумной окажется чужанка. Потому что Зоя, не размышляя ни минуты, кинулась вслед за питомцем.

Нет, она серьезно, что ли? Умные учатся на чужих ошибках, дураки на своих. Как назвать тогда Зою? И ведь не сказать чтобы она совсем без головы.