Бедовый 3. Княжий человек

Кто-то чувствовал себя комфортно, обложенный железом, другой считал, что лучше, чтобы ничего не стесняло движений.

— Компас, давай скорее, долго ждем уже, — обратился дюжий здоровяк к невысокому крепышу.

— Ты же знаешь, что это так быстро не работает, — сердито ответил тот. — Нужно настроиться.

— Я пытаюсь, только ты отвлекаешь.

Коротышка достал потасканную тряпку, положил ее на траву и провел сверху рукой. Со стороны казалось, будто здесь происходят съемки бюджетного выпуска «Битвы экстрасенсов», перекупленные каналом «Домашний». Однако собравшиеся были серьезны, как никогда. Будто совет директоров этого самого канала «Домашний».

Потому что тряпка некогда была рубашкой и принадлежала их заклятому врагу. Теперь заклятому. Жизнь рубежника представлялась странной и порой непредсказуемой. Вчерашний приятель сегодня мог стать недругом, а правая рука воеводы ныне быть законоотступником.

— Есть, — поднялся на ноги коротышка. — Хотя очень слабо. Но я чувствую легкое дуновение хиста.

— Федя, ты как? — спросил здоровяк.

И все поняли, о чем он говорил. Помимо предчувствия скорой смерти любого, Федя мог предсказать возможную гибель знакомого ему рубежника. Причем, для последнего, Моровому не надо было находиться вблизи человека. Вот только для этого приходилось «настраиваться» на объект.

— Пока, типа, ничего, — мотнул головой Моровой. — Либо я его не чувствую, либо…

«Либо мы не сможем убить Вранового», — закончил каждый из собравшихся у самой кромки леса про себя.

Единственная девушка, точнее крепко сбитая женщина, которую во времена Рубенса, носили бы на руках, дрогнула. Она дернулась, зазвенев кольцами кольчуги. А после вытянула руки к небу, будто стреляя из невидимого лука. И тут же небольшая птица, рассекающая крыльями синее небо, камнем рухнула вниз.

— А че? — спросила она, когда остальные обернулись на нее. — Сами же знаете, с кем дело имеете.

Здоровяк неодобрительно покачал головой и сотворил над собой огромный магический кругляш, который тут же напитал всех остальных силой. Сделал сильнее, быстрее и более ловкими. А затем махнул рукой в сторону леса, и они медленно побрели дальше. И впереди шагал тот самый коротышка, который «колдовал» над тряпкой. Точнее, теперь он бережно держал ее перед собой и время от времени судорожно вдыхал запах.

Ася, та самая женщина, которая обычно общалась односложными фразами, оказалась права. Потому что тот, на которого была объявлена охота, сейчас следил за последними. И лишившись одной пары глаз, обратился к другим.

Он чувствовал себя не птицей — редким зверем, на которого объявили охоту. Потому зло скалился, когда разглядывал проходящих по пролеску людей глазами укрывшихся в тени листьев друзей. Женщина правильно говорила — они знали, на кого охотятся.