Бедовый 3. Княжий человек

А за ним другой, в кислотных коричневых яблоках.

Все-таки лошади действительно водяные… А там, судя по всему, особо заболоченный участок. Вот, зря переживал, что они стихию не использую. Накликал на свою беду. Интересно, подобным образом как далеко они могут перемещаться? Едва ли на большие расстояния, иначе бы воевода нас предупредил. Хотя, признаться откровенно, я точно поставлю за организацию данного мероприятия не больше двух звезд. И то, только за теплую медовуху и приятные разговоры со Следопытом. Неудивительно, что у них после такой охоты ивашек не досчитываются.

Как там говорят законченные оптимисты — во всем надо искать хорошее? Ага, просто замечательно, что против меня всего лишь трое бэккахестов. Спасибо, провидение. Или кто там наверху? Я понимаю, что ты давно веселишься, глядя за моими потугами. Но не настолько же!

Троица стала кружить вокруг, напоминая скорее гиен, а не лошадей. У меня даже в глазах зарябило. Что интересно, вроде неразумные, а действуют вполне логично. Вот, к примеру, там два бессознательных тела — нечисти и Следопыта. А начать они решили с меня. Правильно мыслят, собаки страшные!

Я даже мельком обернулся поглядеть на спящее царство. И от возмущения чуть не отвлекся. Жирной нечисти, которая совсем недавно представала воеводой, не было. Когда только успел? Я тут с белым бэккахестом не больше минут пяти танцевал. Видимо, пришел в себя и ломанулся прочь по тихой грусти. Если бы не Витя, я бы и сам попробовал удрать. Ну, или на дерево залезть. Лошади же не лазят по деревьям? Ведь не лазят?

Что я знал точно — они очень больно кусают. Поэтому когда та сволочь в яблоках, которую я про себя так и назвал — Яблочник, на короткий миг сблизилась, дожидаться прикосновения острых зубов я не стал. Ударил наотмашь ножом. И попал.

Ржание было громким, обиженным, полным боли. Хлынула темная, почти черная кровь, а сам бэккахест отскочил в сторону. Однако это было что угодно, но не победа. Скорее наоборот, начало боевых действий.

Я на каких-то непонятных рефлексах обернулся, рассмотрев прямо перед глазами клыки Вороного. Про собак страшных я в точку попал. Бэккахест, совсем как боевой пес, метил в горло.

И снова хист выплеснулся наружу, устремляясь вслед за вытянутой рукой. И вновь нечисть отлетела в сторону, как плюшевая игрушка. Только в этот раз не так удачно, как Белый. Вороной явно заразился моей невезучестью, потому что коряво упал на переднюю ногу. Мне даже рассматривать не пришлось, громкого хруста хватило, чтобы понять — конечность сломана.

Зато добрался до моего уставшего и собранного из одних несчастий тела последний бэккахест. Тот самый первый, Белый. Он даже не укусил, а словно попытался сожрать меня целиком. И надо сказать, для этого у него были все условия.