Бедовый 3. Княжий человек

Иными словами — поприветствовал.

— Ждем еще двух ивашек, а после выходим. Бэккахесты идут с северо-запада во владения водяного. Надо, чтобы они не добрались. Там лошади будут под его защитой. Воевода сказал, с водяным не ссориться.

— Эта мне система сдержек и противовесов, — неодобрительно подал голос Саня. — Ладно, до владений водяного еще добраться надо. Глядишь, успеем свой десяток набить.

Мне его замечание очень не понравилось. Но, как сказал бы Гриша: «Снявши голову, по волосам не плачут».

Последние ивашки приехали вместе — тот самый странно одетый рубежник, которого я видел у вэтте и женщина лет на десять старше своего спутника. Не успели они вылезти из машины и присоединиться к группам, как я услышал внутри голос воеводы. На сей раз громкий и вполне различимый.

— Привет вам, ратные люди Великого Новгорода. Сегодня у нас охота на чухонскую нечисть, имя которой бэккахест. Как себя вести — рассказывать не буду. Вы и так знаете. А кто не знает, старшие научат. Скажу только два правила. Каждую третью лошадь отпускаем. И как табун увидите, знак подавайте. Чтобы вся дружина на помощь подоспела.

— Ага, чтобы вся слава другим досталась. А мы без промысла и добычи остались, — проворчал Печатник.

Моровой и Ася, словно единый организм, одобрительно хмыкнули. Витя никак не отреагировал. Казалось, у него вообще нет сил, чтобы улыбаться или плакать.

— Во славу князя! — прогремел голос воеводы.

— Во славу князя! — ответила дружина.

Не знаю, что это было — общее воодушевление, которое перешло от Илии или какие-то невидимые печати Сани. Однако даже меня пробрало. Захотелось со всех ног броситься в лес, чтобы гнать непонятную нечисть.

Многие рубежники так и сделали. Перебежали дорогу и растворились в густой листве. Мы же не торопились. Печатник, а он, судя по всему, был здесь главным, обратился к Моровому.

— Там смерть вижу, — махнул рукой Федя.

Мы перешли дорогу, но отправились не за остальными, а скорее взяли чуть в сторону.

— Матвей, ты не отставай. У Феди нюх на такие вещи.

— Так он вроде чувствует смерть только тех, кого знает.

— Либо совсем близкую чужого, либо тех, кого знает, — согласился Печатник. — Такая крупная охота, как сегодня, редко бывает. А если ивашек берут, всегда кто-нибудь погибает. Поэтому я и говорю, ближе держись. Не хотелось бы, чтобы мы на твою смерть шли.

Меня чуток покоробило от цинизма Печатника. Но остальные восприняли подобное, как нечто должное. Мол, да, дерьмо случается. Мы лишь можешь извлечь выгоду из всего этого. Я как-то на подсознательном уровне постарался держаться подальше от Сани, не приняв его слов. Так и оказался возле Следопыта, который замыкал шествие.

— Витя, а что это еще за бэккахесты?

— Водяные лошади, — тот даже говорил с невероятной усталостью.