Всем бедам вопреки

— Нет смысла прятать свои прелести, деточка. Я скоро их найду.

— О чем ты? — выдохнула она.

По правде говоря, дышать становилось все труднее. Грудь стеснило, и голова стала странно легкой и кружилась.

Кэлен вытянул мех из ее судорожно сжатых пальцев и бросил его к изножью кровати.

— Просто сегодня я не намерен лишать себя полного удовлетворения.

Сверкнув глазами, он начал гладить полную грудь и теребить сосок, пока он не превратился в тугой бутон.

— А мое удовлетворение? — прохрипела она. Кэлен казался высокомерным и эгоистичным.

— Вряд ли тебе будет на что жаловаться, девочка. Вспомни нашу брачную ночь.

Что на это скажешь? Кэлен совершенно прав."

"Ноги Рионны дрожали. Пальцы тряслись. Бабочки танцевали в животе, добираясь до самого горла.

Он наклонился, поставил колено на кровать и оказался так близко, что она чувствовала жар его дыхания.

Вместо того чтобы прижаться губами к ее губам, как она ожидала, он изогнулся и провел губами по ее шее.

Рионну словно настигла летняя гроза.

Она охнула, выгнула спину. И откинула голову, приглашая его прижаться губами к местечку пониже ее ушка.

— У тебя чудесная кожа, деточка, — промурлыкал он, и ее тело запульсировало в предвкушении того, куда он поцелует ее сейчас.

Он прихватил зубами ее шею, легко прикусил, потом чуть сильнее.

— Ты на вкус так же сладка, как на вид.

Она вздохнула и закрыла глаза.

— У тебя коварный рот, муж.

— Подумать только, а ведь я едва начал.

Глава 11

Рионна потянулась, чтобы сжать плечи Кэлена. Пальцы впились в твердые мышцы. Она подалась вперед, упиваясь его поцелуями. Дрожь восторга пробегала по ее телу, как капли дождя в теплый летний день.

— Вот это верно, девочка. Держись за меня.

Он осторожно уложил ее на кровать и прижал спиной к матрацу.

— Ты пиршество для мужских глаз.

— Почему спальня — единственное место, где у тебя находятся для меня добрые слова? — спросила она, кривя губы.

Он отстранился. На губах играла легкая улыбка:

— Это единственное место, где ты ведешь себя как покорная жена.

Она сжала кулак и попыталась ударить его в плечо, но он поймал ее запястье, а сам принялся ласкать ее грудь, медленно, почти лениво, обводя пальцем сосок. Потянул, сначала нежно, потом резче, и каждый рывок посылал стрелы наслаждения прямо в центр ее женственности. Лоно судорожно сжималось. Рионна стиснула бедра и выгнулась еще сильнее.

Кэлен наклонил голову и подул на сморщенный бугорок. Рионна застонала, охваченная нетерпеливым предчувствием и почти не понимая, что странные гортанные звуки вырываются из ее собственного горла.

Теплый шершавый язык скользнул по соску, оставив влажную дорожку до верха груди. Он отпустил ее запястье, сжал вторую грудь и стал мять и массировать, после чего свел их вместе и начал лизать сосок.