Беда не приходит одна

Буквально за пять минут мой дракончик, превратившийся в страшное чудовище, разорвал тварь на куски. Никогда больше не назову его безобидным. Пожалуй, соседка снизу, та, что в бигудях, все-таки немного уступает дракончику.

Спустя мгновение после победы на траве снова сидел прежний Гена и тихонько поскуливал. Схватив Диму, я потащила его к хранителю.

– Вылечи его, – засуетилась вокруг ящерицы.

Но младший дракон только покачал головой.

– Надя, в клыках грака яд. Раны затягиваются только обычным путем. К тому же хранители сами себя лечат, убить их практически невозможно.

Гена настороженно посмотрел на Диму и упал на брюхо, притворившись, что отдыхает и лечится. Может, так оно и было, но… Младший дракон все равно опустился на колени и осторожно начал обрабатывать рану травами, которые нашлись в аптечке. Хранитель скулил, я металась, не зная, чем помочь.

– Если бы ты столько не ел, то был бы куда подвижнее, и не пришлось бы тебя лечить, – ворчал Димирий.

Хранитель волком посмотрел на младшего дракона.

– Это правда? – хмуро спросила я.

Ребята, переглянувшись, кивнули, и в моих глазах Гена прочитал приговор на ближайшие месяцы. Теперь, скажу я вам, он попал!

С поляны нас забрали через час. На этот раз Велор, прибывший в академию, ко мне не зашел. Поругался с ректором и исчез.

Значит, я ему уже не нужна?

На глаза навернулись слезы, а посмотрев на календарь, увидела, что до увольнения осталось всего два дня.

– Ну, дракон… Ну, погоди! Скоро я приеду, и мы посмотрим!

Время до увольнения тянулось очень медленно. В свете последнего покушения я одновременно злилась на Велора и желала его. В чувствах царил совершенный разброд, и самостоятельно привести их в порядок я не могла. Значит, надо отправляться в Миринг. Если гора не идет к Магомету, значит, ждите Магомета, я скоро.

Вечером перед отправлением я собрала вещи, взяла в охапку Гену (который после покушения несколько полегчал, так как сел на диету) и направилась к телепорту. Провожали меня Слава с Димой. Ребята идти со мной не собирались, они планировали провести увольнительную в том домике на опушке леса, где сейчас жила Славина невеста. Он очень скучал по ней."

"Раздражение Димы сливается с тоской Славы, и все вместе перемешивалось с моими дикими эмоциями и агонией. В чувствах тройки в последнее время царил полный разброд, и побыть вдали друг от друга нам не помешало бы. Поэтому они меня не отговаривали, лишь предупреждали быть осторожнее.

– Надя, а может, не стоит? – спросил перед отправкой Дима. – Все-таки Велор не просто так запретил тебе появляться в Миринге.

– Вот сейчас я отправлюсь и выясню про все запреты и их причины, – процедила я.