Беатрис

— А в котором часу вы положили ее спать в коляску?

— В полдевятого.

— А потом?

— Что?

— Что вы делали потом? — уточнила Чарли.

— Я прибралась после завтрака, поставила кофе и…

— За это время никого не видели возле дома?

— Нет.

— Слышали что-нибудь?

Фрида покачала головой.

— Ничего. Потом я немного почитала, а когда взглянула на часы, то было уже полдесятого, и на всякий случай я решила проверить, не проснулась ли Беатрис, хотя обычно она спит дольше. Так что я вышла, чтобы посмотреть, и…

— Вы обычно слышите, когда к дому подъезжает машина? — спросила Чарли.

— Да, это слышно, — ответил за нее Густав.

— Вы тоже слышите? — спросила Чарли, глядя на Фриду. Та кивнула.

— И вы не слышали машины?

— Нет, я ничего не слышала. Она просто была — и пропала."

"«Это еще не означает, что у похитителя не было машины, — подумала Чарли. — Он мог припарковаться в стороне от дома, подойти к веранде и укатить коляску с ребенком».

— И вы ничего не заметили, когда вышли на веранду?

— Я увидела только, что коляски нет.

— И что вы сделали? — спросил Андерс.

— Я закричала, — ответила Фрида, — то есть, я точно не помню, но мне кажется, что я закричала.

Она приложила руку к горлу.

— И потом я посмотрела вокруг, но ничего не увидела, и… Я не должна была оставлять ее без присмотра. Я не должна была…

Фрида замолчала и поднесла ладони к лицу.

— Все отнимается, — пробормотала она. — Щеки жжет.

Она поднялась.

— Куда ты? — спросил Густав.

— Не знаю, — ответила Фрида. — Не знаю, куда бежать. Просто… невыносимо больно.

— Думаю, будет лучше, если ты сядешь на место, — сказал Густав. — Полиции нужна наша помощь.

Фрида сделала, как он сказал, и Густав взял инициативу в свои руки. Он рассказал, как Фрида позвонила ему и стала кричать в трубку, что Беатрис пропала, и он набрал 112. Затем он застрял в деталях — что именно ответил оператор и сколько минут потребовалось, чтобы добраться домой.

— И в течение дня с вами никто не связывался? — спросила Чарли. — В смысле — до того, как прибыли наши коллеги?

— Нет.

— Я просто хотела убедиться, что вы не стали ничего предпринимать без нашего участия, — объяснила Чарли, пытаясь истолковать при этом выражение лица Густава. Он без сомнений из тех, кто привык брать на себя командование и действовать по своему разумению. В глубине души она очень надеялась, что он не будет сейчас применять эти свои качества.

— Есть ли у вас враги? — продолжала Чарли. — Возникали ли в последнее время какие-нибудь конфликты?

— Обо всем этом нас уже расспрашивали ваши коллеги, — ответил Густав. — Вы что, не общаетесь друг с другом?

— На некоторые вопросы вам придется ответить снова, — сказала Чарли.

— У нас нет врагов. Во всяком случае, мы о таких не знаем.