Последняя база

Словно во второй раз он переживал их смерть. "Берегись!" кричала Кита. Он тоже кричал, сообразив, что их засекли. Ошибка Ульфа. Джош беспомощно сидел у консоли - ни одного орудия, нечем отбиться...

- Меня подобрали, - сказал он. - Не помню кто.

- Вас подбил корабль по имени "Тигрис", - напомнил Дэймон. - Рейдер. На твое счастье, в том районе оказался купец. Он принял сигнал из твоей капсулы.

Дэймон помолчал, будто размышляя, стоит ли рассказывать. Беспокойство Джоша росло, невидимая рука все сильнее сжимала желудок.

- Тебя привезли на станцию, - сказал наконец Дэймон. - С борта купца тебя вынесли на носилках, хотя на твоем теле не было ран и ушибов. Видимо, шок. Переохлаждение. На "Коршуне" почти целиком отказала система жизнеобеспечения, и ты едва не погиб.

Джош недоумевающе покачал головой. Об этом никаких воспоминаний. Пустота. Даль. Холод. Зато он вспомнил доки и врачей. И допросы, бесконечные допросы...

Толпы. Вопящие толпы в доках. Падающие охранники. Кто-то хладнокровно стреляет в лицо лежащему человеку. Кругом - затоптанные, впереди - ревущая живая волна, а позади - вооруженные солдаты. "Они захватили оружие", слышен чей-то крик. Паника... Как будто под напором воды рушится плотина...

- После взрыва на Маринере, - продолжал Дэймон, - тебя вывезли вместе с другими уцелевшими.

- На Расселе тебя допрашивали, - негромко рассказывал Дэймон. Выпытывали... не знаю что. Боялись. Спешили. Применяли незаконные методы наподобие Урегулирования. Пытались вытянуть из тебя информацию - сроки нападения, направления ударов и тому подобное. Но ничего не добились. Потом началась эвакуация, и тебя переправили сюда.

Черная "пуповина", соединяющая корабль со станцией. Солдаты. Оружие.

- На военном крейсере, - добавил Джош.

- Да. На "Норвегии".

Внутренности стянуло в узел. Мэллори. Мэллори и "Норвегия". Графф. Он вспомнил. Гордость... там умерла его гордость. Он превратился в ничтожество. Кто он? Что он? Это никого не интересовало. У них не было даже ненависти - только горечь и скука. И жестокость. Для них он был всего-навсего живой тварью, способной испытывать боль и стыд, кричать, когда захлестывает ужас, и понимать, что до твоих мук никому нет дела. "Хочешь обратно к ним? - Он помнил даже интонации Мэллори. - Хочешь?"

Этого он не хотел. У него вообще не осталось желаний, кроме одного: ничего не чувствовать. Вот она, причина кошмаров. Вот откуда эти жуткие темные фигуры. Вот из-за чего он просыпается по ночам.

Он медленно кивнул, смиряясь с этим открытием.

- Здесь тебя содержали в тюрьме. Тебя допрашивали везде - на Расселе, на "Норвегии", здесь... Если думаешь, что при Урегулировании мы изменили твои воспоминания... поверь, это не так. Джош!

- Со мной все в порядке. - Произнести это было нелегко - дыхание перехватило, тяжесть в желудке не отпускала.