Батыева погибель

Да и сам бывший Юрий Всеволодович, а ныне брат Варнософий после отречения признался, что задуманный им поход на Рязань был ужасающим косяком, как и неоказание помощи той же Рязани месяцем раньше. Ну вот, как говорят в подобных случаях, «хорошая мысля приходит опосля, а теперь поздно пить боржом, когда почки совсем отвалились». Вел бы себя как положено социально ответственному князю – был бы сейчас на коне, а не в полном дерьме. Пока что брат Варнософий находится у нас в тридевятом царстве, тридесятом государстве, и ждет, пока у игумена Игнатия найдется минутка поставить его на путь покаяния и вразумления. Аминь.

Дома, в своем мире, Александр Ярославич теперь бывает только наездами. Побудет немного – и обратно к нам. Тут он не только учится, всему что мы ему можем преподать, но и учит свою остроухую девичью команду работе с мечом, копьем и щитом, как в индивидуальной схватке, так и в строю. И пусть эти бойцовые лилитки еще не достигли полной зрелости, но обычных местных бойцов я бы против них уже не ставил. Для них это будет верная смерть, а для юных лилиток, соответственно, легкая победа."

"Глядя на старшего брата, нечто похожее начал исполнять и Глеб. Вот именно что нечто похожее, потому что то что у него получилось с его совсем юными подопечными, тонкими и хрупкими как тростинки, больше похоже на танец, или даже балет с легкими макетами мечей. Бесшумные (под музыку было бы эффектнее) плавные движения смуглых фигур, с которых еще не сошел экваториальный загар, одетых только в короткие камуфляжные шорты, взмахи длинных тонких мечей, со свистом рассекающих воздух. Рубящий удар, блок, выпад с уколом, парирование и отскок. Чем то напоминает знаменитый балет «Спартак», только князь Глеб куда симпатичней тех мускулистых качков, которые обычно танцуют эту партию. Так как Асаль тоже здесь – с голым торсом упражняется по левую руку от своего любимого – то скорее это похоже на танец Ромео, Джульеты и полсотни ее одноклассниц.

Как-то случайно это безобразие (с военной точки зрения) увидал Танцор, проходящий по своим делам мимо тренировочного поля – и, подпрыгивая на месте заорал так, будто тяжелый боевой меч плашмя упал ему на ногу. Упал бы острием, вопли были бы совсем другого тона.

– Это замечательно, великолепно, – верещал он, – из этого можно сделать самый настоящий балет. Сергей Сергеич, Сергей Сергеич, отдайте это мне, я сделаю из этих девочек самых настоящих звезд… Это же находка, шедевр, брависсимо.

На эти вопли тут же сбежалась целая толпа народу – посмотреть, что там происходит и кого убивают. Но первым все-таки был Глеб, ему-то бежать было никуда не надо.