Батя, Батюшко и Бэмби

Наверное, слишком много противоаллергических выпила. Во-вторых, все чесалось. А в-третьих, мысли были только о том, что она увидела в зеркале. А в зеркале, скажем прямо, на Олю смотрело существо из фантастических фильмов. И мысль, что Денис видел ее такой, не давала покоя. Оля не хотела, чтобы любимый мужчина, который, как она точно знала, ценит женскую красоту, лицезрел ее в подобном плачевном состоянии. Некрасивом. Жалком. И вообще… чтобы еще хоть раз она попробовала неопознанный продукт…

Капельницу Оле поставили, потом еще посовещались, а потом уехали. Денис, конечно, остался в комнате.

Оля его выгнала на кухню пообщаться с Никитой. Нечего на нее любоваться. Он, конечно, сначала ушел, но потом все равно приходил проверять, игнорируя все Олины протесты. Все же первое впечатление — самое верное. Не зря он ей в первую встречу не понравился. Упрямый!

И только ближе к ночи, уставшая бороться с упрямством Дениса, под действием лекарств и травяного чая, она дала себя внимательно рассмотреть.

— Отек начал спадать. Завтра утром ты снова превратишься из морской свинки в Бэмби, — вынес вердикт доктор Батюшко, а потом положил ее голову на свое плечо и аккуратно поцеловал в висок.

Оля вздохнула. А потом обняла. Любит. И такую любит. Она бы и прижалась крепче и зацеловала бы от такого открытия, но тело еще немного чесалось и побаливало.

Капельницу Оле ставили три дня. К концу третьего кожа пришла в нормальное состояние, но консилиум врачей, состоявший из Дениса, аллерголога и Никиты, оставили Олю дома еще на сутки для наблюдения с назначением последующего анализа крови. Оле оставалось только подчиниться."

"Изольда принесла яблоки, намыла их и положила в вазу как «самый безопасный в наше время плод».

Никита сел за стол, взял одно яблоко и поинтересовался:

— Мам, а ты не помнишь точно, как подарок Будды называется? Нас в последней игре рефери засудил. Можно было бы ему подарить…"