Батальон, к бою!

А вот как с землицей-то быть? Чтобы целиком ее купить – это ведь какие деньжищи нужны! У кого они сразу на руках-то будут?

– О-очень интересно, – задумался над рассказом Алексей. – А давай-ка и мы с тобой, Иван Кузьмич, примем в этом деле участие. Нужно тебе опять встретиться с этим своим человеком да хорошо с ним потолковать. Скажи ему по секрету, что один очень хороший человек будет готов покрыть все его долги. Кстати, сколько их у него?

– Ну, мне он две сотни уже задолжал, – почесывая бороду, ответил купец. – Может, и перед другими долги имеются, хотя это вряд ли. Большие деньги никто ведь просто так давать не будет. Это уж я по доброй памяти, коли знаю его хорошо.

– Ну, вот и ладно, – кивнул Егоров. – Пообещай погасить ему их все. И намекни, что новому помещику нужен будет знающий человек, кто бы помогал ему в ведении хозяйства. Больших денег у нас сейчас нет, все они в деле крутятся и появятся никак не раньше октября – ноября, после уборочной. Вот и было бы хорошо, чтобы с продажей этого имения пока не спешили. А я съезжу в уездную управу, поговорю там с местными властями, чтобы и они мне помогли в этом деле.

На том и порешили. Все лето шли переговоры и торг по приобретению Покровки. У престарелого уездного предводителя дворянства Требухова Аристарха Михайловича в этом деле был свой интерес, также как и у более мелких чиновников. Кошель Алексея заметно полегчал, но и дело в итоге сдвинулось. После уборочной, когда образовалась чистая прибыль от оптовой продажи подсолнечного масла и большей части круп и муки, он стал счастливым обладателем новой деревни и всех прилегающих к ней земель. Деревня была средняя, в сорок три дома, усадебка и постройки возле нее требовали хорошего ремонта, но самое главное было в земле. Пахотные угодья были большими и, за исключением одного заболоченного участка возле реки Песочной, должны были давать богатый урожай.

– Без оборотного капитала вот только мы остались, Ляксей Петрович, – сетовал Лазарев. – Целых тридцать тысяч разом от нас ушло! Не переплатили ли мы, часом? Одних только сопутствующих расходов на три тысячи там было."

"– Ну а как ты хотел, Кузьмич? – пожал плечами Егоров. – Без этих расходов едва ли десятин сто бы себе прирезали. Поместье бы точно по частям на продажу ушло. А так вот оно все целиком наше, и люди на нем остались из тех, кто там родился и всю жизнь на этой земле трудился. Раскидали бы всех, распродали бы кого куда. А так все при деле и все при своем. Притираться им друг к дружке не нужно, главное сейчас – помочь семенами, инвентарем и давать им трудиться. Ну и показать, что за хороший свой труд они что-то существенное получат. Заинтересуются и обязательно, как в Егорьевке и Татьяновке, будут работать.