Батальон, к бою!

Настя занимается науками гораздо прилежнее своего старшего брата и уже пытается болтать на французском и немецком языках. Очень сильно в воспитании детей и вообще в присмотре за ними помогает Анна Петровна. Она вот уже год как совсем переехала в поместье из Козельска, чему Катарина безмерно рада. Дядьки-ветераны пытаются постоянно ей давать отчеты по хозяйству, но так как она в этом не сильна, то разбираться со всеми этими отчетами придется уже самому Алексею. Очень беспокоит Курт, он так и не пришел в себя после смерти Варвары, замкнулся и большую часть времени проводит в своей мастерской. А в остальном все у них ладно. Вот только очень-очень скучают по мужу и папе…

Негромкий стук в дверь вернул Алексея в этот мир из того, где он был только что рядом со своими близкими.

– Господин подполковник, разрешите? – На пороге стоял Самойлов.

– Заходите, Николай. Плащ свой сюда вешайте, – Лешка показал на набитые в стене гвозди. – У меня чай уже закипает, так что вы вовремя, проходите к столу, сейчас вместе чаевничать будем. Теща пирог с рыбой испекла. Вы, сударь, любите пироги?

– Да я сытый, Алексей Петрович, не извольте беспокоиться, – все мялся у порога молодой офицер.

– Капитан-поручик! – повысил голос Егоров. – А ну-ка быстро к столу! – притворно нахмурившись, рявкнул Лешка. – Все бы ему перечить старшим. Ох уж мне эти господа гвардейцы!

Самойлов быстро подскочил к скамейке и мигом уселся на указанное ему подполковником место.

– Не-не-не, я, ваше высокоблагородие, дисциплину блюду. Как скажете! Я уже у стола!

– Ну, вот, то-то же, – улыбнулся хозяин дома. – Минуту подождите, сейчас кипяток налью. Может, вы со сладким, с вареньем или медом предпочитаете чай? Теща у меня прекрасное абрикосовое варенье в прошлом году сварила, – и загремел, переставляя горшочки в большом деревянном шкафу.

– Алексей Петрович, да я поговорить к вам только, – пробормотал смущенно Николай. – Мне очень нужно."

"– Ну, вот, чай попьем, пару кусочков пирога откушаете, голубчик, вот тогда и поговорим, – с усмешкой сказал командир батальона. – Какие же могут быть разговоры, да на пустое брюхо? Давайте-давайте, ешьте, господин капитан-поручик, для молодого это вовсе даже и не еда, а так, одна лишь забава.

– В горло не лезет, не могу я, пока не объяснюсь, – мотнул головой Николай. – Позвольте мне, ваше высокоблагородие?

– Ну, если совсем не лезет, так чего уж, тогда давай, – вздохнул Егоров. – Что там у тебя стряслось, Николай?

– Господин подполковник, я считаю свое кавалерство и представление к новому чину незаслуженным. – Самойлов попробовал было вскочить со скамейки, но плюхнулся обратно на свое место после грозного кивка командира.