Батальон, к бою!

Нужно бить турок с трех направлений. С севера от Ольвиополя, с востока от нашей Бугской линии и с юга, десантом от Кинбурна. Мы бы в клещи их полевой корпус в степи взяли и всех бы до единого выбили в паре сражений, а потом бери сам Очаков решительным штурмом. Самое удобное время ведь сейчас упускаем! – воскликнул в сердцах Алексей.

– Тихо ты, а ну прекращай горланить! – осадил его Кутузов. – Вокруг всегда есть уши! Знаю я про этот план, знаю, подполковник, списывались мы уже о том с Александром Васильевичем. Даже прикидку по всем войскам нашим сделали, где и куда их нам выставлять. Ну, не лезь ты в это дело, Егоров, мой тебе добрый совет. Неужели не хватило недавнего опыта? Так бы уже, чай, с «Владимиром» был на груди в петлице, вон, как и все остальные на маневрах. Еще бы и в чине полковника. А вон, видишь, как все вышло? Генерал-аншеф именно сейчас пытается его светлость князя Потемкина убедить в необходимости нашего срочного наступления. Но ты же и сам теперь знаешь, как у нас такие дела на самых верхах решаются. Надобно десять раз с военной коллегией посоветоваться, а ей потом с высшим советом и тоже по стольку же раз все это обсудить. А вдруг у какого-нибудь сенатора там сомнения возникнут? Потом опять же по новому кругу все эти обсуждения начинаются. Я, конечно, далеко не провидец, Алексей, но весь имеющийся опыт мне говорит, что раньше мая месяца мы к Очакову не пойдем. Подождем на местах, пока дороги не просохнут, пока подкрепления из России не подойдут да пока припасы сюда все не привезут. Да мало ли какие причины могут быть для отсрочки?

– Плохо, очень плохо, – вздохнув, сказал Алексей. – Мы, конечно же, сейчас сломали туркам их план молниеносной войны, но вот теперь и сами увязаем в ней по уши. Бить их нужно было в ноябре месяце, не откладывая все в долгий ящик. Чтобы уже в мае по просохшим дорогам не к этому самому Очакову идти, а за Прут на Бессарабию и уже дальше к Валахии. А может, даже и в саму Румелию ворваться. Чтобы покончить там с полевыми армиями и крепостями турок, а через год уже перешагнуть через Балканы и выйти к проливам. Благо опыт предыдущей войны у нас в этом деле имеется.

– Ну, ты и стратег, Егоров! – рассмеялся Михаил Илларионович. – Вы с Суворовым как два сапога пара, тот тоже вон о Константинополе все бредит. Ничего не выйдет у нас с этим, и даже не из-за нашей русской медлительности, мы-то хоть и долго запрягаем, но зато потом быстро ездим. А тут еще и политический вопрос над всем встает. Австрия вот-вот уже объявит войну Османской империи, и ей тоже хочется откусить как можно больший кусок пирога от турецких владений на Балканах. Вот с этим самым окаянным союзничком и приходится нам сейчас считаться, принимая во внимание его интересы. А-а-а, да не бери ты это в голову, – махнул он рукой.