Батальон, к бою!

– Там перевязывайте! Мы уже пару десятков от огня кораблей потеряли! – махнул он рукой в сторону моря. – Эх, Серега, до темноты еще часа три, точно здесь кровью умоемся. Где же наш флот?.. – и грубо, матерно выругался.

С истошным воем по цепи опять ударили свинцовые шарики, и еще несколько истекающих кровью солдат потащили на себе в крепость их товарищи.

Преследующие русские порядки турки заорали, ускорились и врубились в отходящую шеренгу Шлиссельбургского полка. Несколько янычар, прорвавшись вперед, окружили Суворова, желая его пленить или зарубить. Спас полководца гренадер Степан Новиков. Одного турка он застрелил из ружья, второго проткнул штыком и кинулся к третьему. Тот, устрашившись, не принял боя и отскочил вместе с несколькими своими товарищами назад. Пехотинцы и егеря под командой майора Милорадовича, увидев, что их командующий в опасности, бросились в яростную контратаку и отбили генерала. В пятом часу дня войска Суворова отступили за крепостные валы. Батальон егерей своим точным огнем замедлил наступление неприятеля, и турки, отвоевав обратно все свои траншеи, остались на месте. К ним постоянно походили подкрепления, высаживаемые на оконечности косы.

Начало смеркаться, одиночная русская галера «Десна» под началом недавно произведенного в лейтенанты Джулиано Ломбарда воспользовалась удобным моментом и атаковала левый фланг османской эскадры в том месте, где стояли канонерские лодки. Одну из них она потопила, а остальные начали суматошно маневрировать. Несколько канонерок после своих неудачных перемещений приблизились вплотную к крепости и попали под огонь ее артиллерии. Две из них были потоплены, а остальные отступили в сторону Очакова.

Раненный в бок картечью Суворов был полон решимости продолжить атаку на неприятеля. К нему уже подошли подкрепления, и, самое главное, с наступлением сумерек интенсивность огня артиллерии с османских судов резко снизилась, а после отчаянной атаки «Десны» они и вовсе отошли от косы в море."

"В девятнадцатом часу генерал-аншеф вывел все свои войска из крепости. Потрепанные Орловский и Шлиссельбургский пехотные полки были усилены Муромским и Козловским, а легкоконные и казаки – несколькими подошедшими кавалерийскими эскадронами драгун. Пехота ударила турок в лоб, а конница, совершив обходной маневр по мелководью, врубилась им во фланг. Все имеющиеся полковые пушки были выкачены на прямую наводку и разили врага картечью в упор на короткой дистанции.

Штыком и огнем выбивали неприятеля из каждой траншеи. Турки, оказывая яростное сопротивление, начали пятиться к оконечности косы. Сербен-Гешти-Эиб, желая укрепить боевой дух своих подчиненных, повелел отойти всем транспортным судам в море.