Батальон, к бою!

– Ну что, подполковник Егоров, а нет ли у тебя желания в Санкт-Петербург переместиться с этого дальнего южного Буга?

– Никак нет, ваше величество! – гаркнул во весь голос Лешка."

"– Что-о? – с каким-то детским удивлением, хлопая глазами, произнесла императрица, как видно, совершенно не ожидавшая такого ответа.

– Премного благодарен Вам, ваше императорское величество, прошу вас смилостивиться, государыня, в другое время бы за самую великую честь для себя почел. Но сейчас полагаю, что мое место гораздо южнее, на Бугском рубеже.

– Ты отказываешься от предложения перейти в столичную гвардию ради службы на Буге? – нахмурившись, произнесла Екатерина, и вся императорская свита тут же вслед за ней помрачнела.

– Так точно, ваше величество, – кивнул Егоров. – Увы, но я вынужден отказаться от такой великой и лестной для себя чести, и почему, вам стало бы известно, прочитай вы мой рапорт, отправленный мною совсем недавно на ваше имя.

– Рапорт? Какой такой рапорт? – вскинула она удивленно вверх брови. – Я не получала его. Валентин Платонович, а был ли на мое имя рапорт от сего подполковника?

Съежившийся и разом сникший вице-президент военной коллегии, судорожно теребя полы своего генеральского кафтана, начал что-то невразумительно бормотать:

– Был, ваше императорское величество, но ведь эта поездка… Ну зачем же вас обременять всякими глупыми изъяснениями?!

– Господин генерал! – ледяным голосом проговорила Екатерина. – Это уже, наверное, мое дело решать, чьи изъяснения глупы, а чьи нет? Не так ли?

– Так точно, ваше императорское величество! – выкрикнул вспотевший вельможа. – Сегодня же сей рапорт будет представлен вам лично.

– Вот и хорошо, – кивнула Екатерина. – А теперь, подполковник, озвучьте самую суть его. В одном предложении. Сумеете?

– Никак нет, ваше величество, мне нужно два, ибо сама мысль тогда будет незакончена, а суть может быть искажена, – нахально глядя на императрицу, брякнул Лешка.

– Ну, хорошо, пусть будет два, – усмехнулась государыня, – а то мы тут с вами препираемся гораздо дольше.

– Предполагаю, что не позднее начала осени Османская империя объявит войну России, – четко произнес Егоров. – А южный Буг, в отличие от северного Санкт-Петербурга, находится на самом острие их удара.

– Потому вы и отказываетесь от моего предложения, желая быть со своим батальоном на пограничной линии, дабы достойно встретить неприятеля, – произнесла Екатерина. – Вам нужно было запрашивать у меня три предложения, Егоров, но я вас поняла, а вы уложились в наши условия. И все это подробно изложено в вашем рапорте?

– Так точно! – рявкнул Егоров, глядя прямо перед собой.

– Что вы на это скажете, Григорий Александрович? – императрица перевела свой взор на Потемкина.