Судьба бастарда

Её яркие глаза внимательно следили за каждым моим движением, а мягкие кудряшки постоянно путались между моими пальцами, когда я нежно прикасался к ним. Маленькие ручки охотно тянулись ко мне, и каждый раз, когда я поднимал её на руки, она крепко прижималась ко мне, словно находя в моих руках надёжное укрытие.

Она уже не плакала – только задорно смеялась, расправляя свои ручки, словно крылышки маленькой птички, когда я слегка подкидывал её вверх. Каждое её прикосновение – лёгкое прикосновение к моему пальцу, каждый её возглас был каким-то простым, но таким дорогим напоминанием о жизни.

Софи всегда наблюдала за нами с нежной улыбкой и её взгляд был мягким, немного задумчивым. Казалось, она будто пыталась запомнить каждое моё движение, каждое слово, боясь упустить драгоценные моменты.

– Софи, – я тихо позвал её, склоняясь поближе, чтобы не разбудить Полину, которая сейчас мирно спала у меня на руках. – Ты счастлива?

Она долго смотрела на меня, словно взвешивая слова, а затем кивнула с тихой улыбкой.

– Да, Эрвин… сейчас я действительно счастлива. Ты вернулся.

Мой взгляд вдруг замер на её руках. Ладони были по-прежнему мягкие – такие же, как в тот день, когда мы впервые увидели друг друга.

– Война закончится, и я вернусь. Навсегда. И мы больше никогда не расстанемся, – прошептал я, сжимая её руку чуть крепче.

Она вздохнула, и в её глазах вновь вспыхнуло чувство, от которого я раньше отказывался – глубокая, всепоглощающая благодарность.

Лиза узнала о моём прибытии почти сразу и приехала на следующий же день. Как всегда, она появилась в доме стремительно, едва дав слугам объявить о её прибытии. Пышущая энергией, с гордо поднятой головой, она вошла в гостиную в строгом платье, которое подчёркивало её деловой настрой. В её руках была папка с бумагами, а в глазах горел тот особенный огонь, который я всегда связывал с её решительностью.

– Эрвин! – её голос был наполовину радостным, наполовину упрекающим. – Почему я узнаю о твоем возвращении от других? Сам не мог написать хотя бы строчку?

Я поднялся навстречу и обнял её. Лиза хоть и держалась строго, но я почувствовал, как она слегка дрогнула, прижимаясь ко мне.

– Лиза, ты же знаешь, как это бывает, – я улыбнулся, глядя в её глаза. – С дороги сразу к семье, а потом… давай не будем об этом. Лучше расскажи, что это за бумаги у тебя?

Она отступила на шаг, вновь обретя свой деловой вид, и положила папку на стол.

– Это планы создания санитарного поезда. Сейчас собираю средства. Нам не хватает довольно большой суммы, чтобы закончить дело. Я уже обошла половину города, но… – она устало вздохнула. – Люди устали от войны, Эрвин. Даже самые богатые неохотно расстаются с деньгами. Я бы даже сказала, особенно самые богатые.

Я нахмурился.