Судьба бастарда

Где-то в стороне мелькнули фигуры слуг – то ли испуганные, то ли ошеломлённые.

– Шинель, фуражка! – коротко бросил я, снимая с себя верхнюю одежду и буквально швыряя её в сторону ближайшего лакея.

Слуга, едва успевший подхватить мои вещи, растерянно пробормотал что-то, но я уже взлетал по лестнице, перепрыгивая через ступени. Каждая секунда казалась бесконечно длинной. Всё вокруг словно размазалось, кроме цели – двери в господские покои. Там меня ждали мои родные и любимые. Теперь оставалось только одно – снова увидеть их лица, почувствовать тепло их присутствия.

На самом верху лестницы показалась леди Адель, моя мать. Она вышла из дверей господских покоев, слегка приподняв подол платья, чтобы не споткнуться. В её взгляде читалось волнение, смешанное с лёгким раздражением – видимо, поднятый мною переполох был слышен по всему дому.

– Что здесь за шум? Кто это смеет так… – начала она, но вдруг остановилась, увидев меня.

Её лицо застыло, словно время на миг замерло. Она прижала руки к груди, и губы её дрогнули.

– Мама! – воскликнул я, мгновенно преодолевая последние ступени.

– Сынок! – в её голосе прозвучала неподдельная радость и облегчение.

Я нежно обнял её, ту, кто действительно стала мне матерью. Её объятия были тёплыми, но чуть дрожащими, как будто она до конца не могла поверить, что я стою перед ней, живой и невредимый.

– Ты вернулся… Живой… – её ладонь осторожно коснулась моей щеки, словно она хотела убедиться, что это не сон.

– Вернулся, мама. Домой, наконец-то.

Она отстранилась, вытерев маленьким кружевным платочком слёзы, что текли по её щекам.

– Мы так молились за тебя… – тихо сказала она, глядя на меня с любовью и гордостью. Затем, словно вспомнив что-то, её глаза вспыхнули.

– Иди же! Они ждут тебя! – с этими словами она улыбнулась своей тёплой, полной материнской любви улыбкой. – Не заставляй их ждать ещё больше, – с лёгким укором сказала она, слегка подтолкнув меня к дверям.

Я кивнул, ещё раз поблагодарив её взглядом, и направился вперёд, в господские покои, где за дверью меня ждал самый важный момент моей жизни.

Я подошёл к двери, ведущей в жилые покои, и замер, держа руку на ручке. Сердце колотилось, как у юнца, а в душе неожиданно поднялась какая-то робость. Я глубоко вздохнул, пытаясь справиться с волнением, и осторожно открыл дверь.

Гостиная встретила меня мягким светом, струящимся сквозь большие окна, и тихим лепетом, доносившимся с дивана. Софи сидела там, облокотившись на подлокотник, держа на коленях большую книгу с красочными иллюстрациями. Рядом с ней, устроившись на мягком пледе, сидела крошечная Полина. Она, судя по всему, с восторгом разглядывала страницы, пытаясь дотянуться пухленькой ручкой до ярких рисунков.