Бастард императора

Вскоре на всех частотах зазвучал с диким акцентом голос хозяина положения:

«Внимание, здесь силы самообороны и космической полиции вольного государства Кортона. В рамках широкомасштабной профилактической операции «Анаконда» объявлен специальный правовой режим, предусматривающий ущемление любых прав и свобод граждан в виде ряда особых мер и ограничений, включая: арест и принудительный допрос физических лиц. Захват и отбуксировку любых средств для перелетов, введение ограничения связи и иной информации.

В числе задач, стоящих перед космической полицией на этот период – розыск преступников и лиц, подозреваемых в совершении преступлений, причастных к незаконному обороту оружия, боеприпасов; установление похищенных транспортных средств; обеспечение контроля за перевозками грузовыми звездолетами особо опасных грузов для недопущения их возможного использования в террористических целях, пресечение незаконного оборота оружия, боеприпасов, взрывных устройств, наркотических средств и психотропных веществ.

Лица, оказывающие сопротивление или не подчиняющиеся, будут уничтожены. Повторяю…»

«Ну, хоть так», – подумал Андрей. Фортуна – переменчивая особа, и грех было придираться к мелочам. Скверным же продолжал оставаться тот факт, что он никак не мог подать о себе весточку своим бравым солдатам удачи.

Через два часа, когда половина энергетического заряда скафандра была израсходована, к ним наконец вышли силы полицейского спецназа Кортоны. Андрей благоразумно приказал отдать оружие. Сопротивляться было глупо. Спецназ был оснащен внушительной группой поддержки из числа шагающих и летающих дронов и имел подавляющее превосходство в людях."

"Но силовики были предельно корректны. Жестами показав, что необходимо следовать за ними, они отвели Саломатина и его спутников на десантный катер, который тут же отлепился от безжизненного лайнера и направился к дрейфующей недалече группе боевых судов. Швартовка прошла быстро, еще быстрее действовали провожатые, и вот вскоре Андрей оказался в адмиральской каюте. Ну как там себя именовал предводитель этих самых местных сил самообороны.

Лазурно-голубые переборки украшала настоящая позолоченная резьба, изображавшая ангелов, херувимов и прочую религиозную чушь. У передней стенки стоял буфет из натурального дерева, ломившийся от фарфоровой и серебряной посуды. Между проходными дверями отсека висела чудная картина, изображавшая неведомую планету, а точнее бескрайний голубой залив в окружении сопок, устланных зеленью джунглей.

Пол был покрыт натуральными тканевыми коврами, а с потолка свисала массивная люстра редкой ручной работы из чеканного серебра. В левом углу каюты на кушетке лежала и, видимо, дремала полуобнаженная смуглая красавица.