Лягушка Баскервилей

А тут вы! Теперь и не знаю, как благодарить!

– Вы всех своих больных помните? – перевела я беседу в нужное русло.

– В основном, – обтекаемо ответила Пацюк. – Вас интересует конкретный человек? Если назовете фамилию, имя и отчество, то можно из архива историю поднять.

– Королькова Лариса Анатольевна.

– Кто? – отшатнулась врач. – Почему вы о ней спросили?

Я удивилась столь бурной реакции, а Пацюк, моментально взяв себя в руки, попыталась принять равнодушный вид.

– Лариса Королькова умерла.

— Это точно?

Главврач воззрилась на меня с удивлением:

– Не поняла ваш вопрос.

– Ну, она и в самом деле скончалась?

– Конечно, есть заключение о смерти, – серьезно ответила Пацюк. – В нашей системе строжайшая отчетность.

– Отчего она ушла на тот свет?

Елена Николаевна замялась, потом вдруг спросила:

– А Валентина Алексеевна не говорила?

– Нет.

– Королькова покончила с собой.

– В вашей клинике подобное возможно? Пацюк осторожно поправила прядь волос, выбившуюся из гладкой прически.

– Всего лишь второй случай за все время моей работы, – неохотно призналась она. – Очень неприятная история. Я поэтому очень нервно отреагировала на имя Ларисы. Если честно, считаю себя виноватой в произошедшем, до сих пор успокоиться не могу.

– Каким образом Королькова свела счеты с жизнью? Можно взглянуть на ее историю болезни?

Пацюк вытащила сигарету.

– Наш контингент специфический, больные люди не отвечают за свои поступки. В палатах, как говорится, всякой твари по паре. Я медик и обязана лечить человека, но не просто бездумно давать таблетки, а попытаться понять, что послужило причиной беды. И еще мне предписывается относиться ровно ко всем, врач не может иметь любимчиков. Но в действительности получается иначе. Вот в девятой палате содержится Федорова Нина. Она убила четверых своих детей, мал мала меньше. Попросту придушила подушкой. По какой причине? Лишь из благих побуждений. Нина объясняет свое поведение проще некуда – она поняла: человек не всегда остается молодым, тело стареет и умирает. Федоровой от этой мысли стало плохо, и баба решила удавить малышей, чтобы те не узнали старости. «Вот я помру, – рыдала Нина в кабинете у следователя, – и че с ребятками будет? Станут дряхлыми – кому нужны? Пойдут побираться с протянутой рукой. Лучше я их сама похороню, честь по чести, красиво, с блинами на поминках».

– Она сумасшедшая! – вырвалось у меня. Елена Николаевна потыкала окурком в пепельницу."

"– Ясное дело, Федорову нельзя назвать адекватной. Только мне трудно с ней общаться. Еще хуже обстоит дело с Тамарой Потемкиной. У той имелась сестра, Наташа.