Часодеи. Часовая башня

Она шутливо толкнула брата в плечо и добавила, обращаясь к Василисе:

— Он мне все рассказал о ваших ночных похождениях. — Девочка недвусмысленно осклабилась.

Фэш с Василисой одновременно скривились.

— Чем ерунду всякую болтать, лучше полетели! — недовольно зыркнув на сестру, скомандовал Фэш.

Захарра молниеносно вызвала крылья — черные, с россыпью белых пятнышек по краям — и смело ринулась вниз, пикируя на нижние ветки. Фэш с Василисой последовали за ней.

На земле, среди огромных тигровых лилий, их поджидал Ник.

Он намеренно проигнорировал Фэша, вяло кивнул Захарре и улыбнулся Василисе.

— Ну и запах здесь, — пожаловался ей мальчик. — У меня башку сносит от этого цветочного дурмана… Давайте перейдем поближе к озеру — это в той сторо…

— Я знаю где, — оборвал его Фэш и пошел первым — черные крылья с серебром волочились за ним, словно плащ.

Василиса поняла, что хоть он и зол, но идет по земле ради Ника, который летать не может. А вот Захарре было на это наплевать: девочка носилась вокруг них, как сумасшедшая, ее крылья так и мелькали по разным сторонам. Да еще поддразнивала их: чего плететесь, как черепахи?

Ник изредка бросал на нее недовольные взгляды, но молчал. Василиса шагала рядом с ним, но тоже ничего не спрашивала, хотя ей было жутко интересно узнать, удалось ли Даниле переговорить с ним до отъезда и где сейчас находится стрела Дианы.

Наконец впереди показалось озеро — широкое, гладкое, с редкими островками камышей. Когда они подошли ближе, Василиса чуть не ахнула: весь каменистый берег усеяли огромные тыквы с вырезанными в них окошками и дверцами.

— Они сейчас сохнут на солнце, — заметив ее восхищение, пояснил Ник. — Отец сказал, что вечером в них зажгут свет — должно быть очень красиво… А поставили их здесь для того, чтобы отпугивать разную нечисть. Видишь, прорези похожи на глаза и рот?

Василиса присмотрелась — и действительно, издалека тыквы напоминали головы зловеще оскалившихся призраков. Когда они будут светиться на всю округу, то наверняка будут производить самое жуткое впечатление. Она решила, что надо будет обязательно прийти сюда вечером, когда стемнеет, чтобы полюбоваться на тыквенные головы.

— Это озеро — оно называется Русалочья Тропа — является границей между жилыми и заповедными землями королевства фей, — между тем продолжал рассказывать Ник. — В праздники эта грань становится тонкой, и злые духи могут перескочить к нам. Вот тыквы их и отпугивают. Прикольно, да?

Фэш давно поджидал их на берегу: стоял по колено в воде и кидал «жабки». Василиса была бы и сама не прочь присоединиться к нему, но, глянув на насупленное лицо Ника, осталась на месте.

Некоторое время они все молчали. Наконец Фэш не выдержал.

— Ну и? — требовательно спросил он, глядя на Ника.