Часодеи. Часовая башня

Но девочка не обращала на это внимания — ей хватало общения со своими лучшими друзьями.

Василиса, Ник и Захарра проводили много времени в Цапфе, где Данила учил их собирать простые часовые механизмы, а они помогали ему с бортовым хронометром для часолета. Иногда они вспоминали о Фэше — в основном, забывшись, о нем заговаривала Захарра. У остальных ребят тут же мрачнели лица, поэтому тему обычно прекращали. Несколько раз Василиса робко просила Захарру передать брату привет, но ответного так и не дождалась. В конце концов, девочка разозлилась и решила больше не думать о Фэше и его странном поведении.

Каждую неделю Василиса ходила в Звездную Башню на уроки к Астариусу, но совместных занятий с ключниками больше не было. Великий часодей объяснил Василисе, что теперь будет проводить для нее индивидуальные занятия, чтобы больше внимания уделить ее дару — часовому флеру, действие которого, признаться, он был бы весьма не прочь лицезреть. Девочка старалась изо всех сил, ведь ей очень хотелось доказать учителю, что он не зря обучает ее высшему часодейству. Но, к сожалению, сколько она ни хлопала в ладоши, таинственные цифры часового флера не хотели проявляться вокруг нее. Василиса каждый день делала специальные упражнения, призванные сосредоточить ее внимание на этой задаче, и все же девочке так и не удалось удивить Астариуса. В конце концов они договорились, что, как только часовой флер проявится, Василиса незамедлительно сообщит об этом учителю через часовой браслет.

Как назло, ближе к концу октября погода испортилась, и теперь целыми днями лил дождь. А хуже всего было то, что вот уже вторую неделю девочка жила в Голубиной башне одна. Захарра получила письмо от Рока с требованием немедленно прибыть в Змиулан. Наверное, поделилась она с Василисой, дело в их скором путешествии во Временной Разрыв. Как назло, Ник тоже уехал — отец взял его с собой в одну из своих рабочих поездок — на фабрику «Золотой Механизм». Конечно, Василиса переписывалась с друзьями по часовой почте, но ей все равно было очень одиноко.

Вечерами, слушая завывание ветра за окном, она часто доставала из корзины голубое яйцо и подолгу согревала его в ладонях — Захарра говорила, что тепло человеческих рук должно ускорить процесс созревания будущего луноптаха. Прошло уже больше трех месяцев, но голубую скорлупу украшало всего лишь несколько едва заметных черных трещинок.

Помимо прочего, Василиса все чаще проводила время в своем личном уголке — уютной долине с водопадом. И там, сидя на берегу, читала книги по часодейству, что-нибудь рисовала или от нечего делать кидала камешки в прозрачную воду.

Девочка все чаще вспоминала о Диане, и ее сердце принималось болезненно ныть.