Владыка башни

Оставила меч торчать в его спине и поспешила к шлюпке. Матросы теперь были озабочены исключительно собственным спасением, так что бывшие пленники спокойно перелезли через борт. Это оказалось несложно, так как корабль погрузился в воду почти по самые леера. Громила спрыгнул в шлюпку и помог спуститься той самой худенькой девушке, которая так пришлась по нраву команде. Лирна увидела, что ногти у нее обломаны и покрыты запекшейся кровью."

"Судно сильно качнулось, палубу захлестнуло волной. Илтис подтолкнул Лирну к лодке. Она схватилась за «утку», и разбойник вместе с остальными помог ей спуститься. Илтис перевалился через леер и, тяжело дыша, рухнул в шлюпку посреди других выживших. Лирна увидела, что их всего пятеро. Оборванные и измученные, они все глядели на нее.

«Да уж, невелико мое Королевство», — подумала Лирна, осматривая с носа до кормы лодку, которая качалась на океанских волнах. Оглянулась и увидела грот-мачту, уходящую под воду в водовороте обломков.

— У нас весла есть? — спросила она.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Френтис

На северной дороге они устроили засаду кавалерийскому патрулю воларцев. Четверым вольным мечникам весьма некстати захотелось отлить, и они подошли слишком близко к зарослям, где прятались беглецы. Копье Давоки пронзило одного, Френтис уложил мечом еще двоих, а Крысятник с Дергачом свалили четвертого, пока тот пытался забраться на лошадь. Потом оба бандита чуть не поубивали друг друга из-за сапог солдата. Давока надела окровавленную безрукавку того, кто был сражен ее копьем, а Френтис забрал перевязь и ножны — не польстившись на длинный клинок, которые предпочитала воларская кавалерия, — и вложил в них свой азраэльский. В седельных сумках нашлись бинты. Френтис перевязал рану на боку, она не переставала пульсировать жгучим огнем — ему то и дело приходилось вытирать со лба пот, а перед глазами появилась неприятная дымка.

Быстро светало. Они сели на коней и поскакали на запад. Арендиль ехал за спиной Давоки. Крысятник и Дергач оказались неумелыми наездниками, они тряслись на своих лошадях далеко позади. Френтис ожидал, что они вообще удерут, как только доберутся до побережья по ту сторону утесов, но бандиты почему-то остались. Возможно, испугались его мести, хотя Френтис подозревал, что их нежданная верность объясняется куда проще — воларцы, казалось, были теперь повсюду. В течение часа они наткнулись еще на два патруля. Враги были слишком далеко, чтобы представлять угрозу, но затем они заметили полный кавалерийский полк, стоявший на холме всего в полумиле впереди них.

— Гиблое дело, брат, — заметил Крысятник. — Эти падлы тут на каждом шагу.

Бандит был прав: дорога, ведущая в Дом ордена, оказалась перекрыта. Оставался один-единственный путь.