Владыка башни

Лицо девушки, еще недавно такое невыразительное, сейчас было искажено до неузнаваемости, как будто на ней была надета маска ужаса.

— Прошу тебя, — жалобно умоляла Кираль. — Если ты все еще считаешь меня сестрой, лучше убей, только не веди к ней!

Она продолжала упрашивать и вырываться, пока Давока волокла ее вниз по лестнице. Жалобное нытье превращалось в горестные вопли по мере того, как они спускались все ниже и ниже в сумрак. «Это не просто страх смерти, — догадалась Лирна. — Она боится чего-то еще более ужасного».

Она стряхнула с себя дорожную пыль и начала спускаться вниз.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Рива

Она бежала до тех пор, пока легкие не начали гореть огнем, а ноги — подкашиваться от усталости. Бежала, не разбирая дороги — по высокой траве, по лесу, лишь бы подальше от лагеря, от этого мужчины, от его вранья. Бежала, пока не свалилась в изнеможении, запутавшись в своем плаще. Потом, еле-еле поднявшись на ноги, огляделась вокруг, пытаясь отыскать хоть какие-нибудь ориентиры. Грудь судорожно вздымалась от страха и усталости. «Он все равно придет за мной, выследит, вновь заставит слушать свою ложь…»

И снова бросилась бежать, но тут же споткнулась о корень и упала на четвереньки, захлебываясь бессильными рыданиями, в полном смятении. «Даже если он действительно существует, он ненавидит тебя за то, что ты такая, какая есть. Так ведь утверждают его священники?.. Тебя послали за тем, чего нельзя отыскать, в надежде, что я убью тебя… Новая жертва…»

— Мерзкая ложь! — Ее исступленный крик эхом разнесся по лесу. Но деревья молчали, лишь скрипели ветвями на ветру.

Она села на корточки, подняв лицо к небу, хватая воздух широко раскрытым ртом. Тут до нее дошло, что вдогонку за ней никто побежит: Аль-Сорна легко сумеет найти ее, где бы она ни находилась. Бежать смысла не было, и какое-то время она просто сидела на месте, одна-одинешенька. Вспомнилось бессильное отчаяние в его голосе, когда он кричал ей вслед… «Потому же, почему я теперь отвергаю мою песнь, которая кричит мне „Отпусти ее!“»

«Следуй своей песне, Темный Меч, — подумала она. — А я спою свою собственную»."

"Провела дрожащей рукой по отросшим волосам — гриве азраэльской распутницы. «Грязная, забывшая Отца грешница…»

«Священник! Вот кто сможет опровергнуть всю его ложь!» Ей надо вернуться, и он объяснит всю правду, и Отец Мира снова осенит любовью свою дщерь в знак того, что она ему не постыла, что грех был выбит из нее, что она достойна возложенной на нее священной миссии… Достойна меча своего отца.

Меч. Вернуться к священнику с пустыми руками, да еще с требованием разъяснить лживые слова Темного Меча… Невозможно. А вот если у нее будет меч, тогда она увидит всю правду по его лицу. Меч и есть правда.

Открыв глаза, Рива нашла созвездие Оленя.