Башни немецкого замка

Вадим ругнулся, пристроился на боку, чтобы снять его короткой очередью. Нет, вроде свой. Куцая шинелька, оторвавшийся погон.

– Кто здесь? Это вы, товарищ майор? – прохрипел он. – Рядовой Семенов. Я оттуда, снаружи. Трое подошли. Мы их и не заметили. Правда, и они нас не увидели. Мы в укрытиях сидели. Отбились, товарищ майор, всех троих положили. Они, идиоты, выбежали на открытое пространство. Правда, Ващенко погиб, царствие ему небесное. Вроде не было других, только эти трое.

Тут пуля попала бойцу в плечо. Он вскрикнул, ударился подбородком об пол. Затем очередь пропорола ему бок. Красноармеец вздрогнул и затих. Кровь потекла из-под тела.

Пули загремели по гребню пандуса.

Злобин перекатился, вскочил на колено, ударил длинной очередью, снова залег и спросил:

– Зорин, ты жив?

– Жив, товарищ майор, перезаряжаю. Неважнецкие наши дела.

– Держись, Зорин, не паникуй, экономь патроны.

В замке творилось что-то непотребное. Диверсанты бросали гранаты под двери, чтобы в них не лезли советские солдаты и офицеры, запертые в помещениях. Двери трещали, крошились рамы. В комнатах голосили люди, не имеющие возможности выбраться в холл.

Немцы подкрались ближе, спрятались за телами мертвых красноармейцев. Вот кто-то из эсэсовцев привстал, пристроил на плечо что-то массивное, замер.

От ужаса волосы на голове Вадима поднялись дыбом. Панцерфауст! Эти гады с козырей пошли! Крик застрял в горле майора. Сейчас этот немец пальнет в проем, и живого места тут не останется!

Вадим перекатился, схватил Зорина в охапку, стал оттаскивать. Тот словно ослеп, упирался, потом всмотрелся, все понял, взвыл дурным голосом.

В этот момент в тылу гитлеровцев объявились красноармейцы. Фашист не успел использовать свою трубу. Заработали ППШ, разлетелось и осыпалось витражное стекло. Смутный силуэт обрисовался в проеме, стал палить плотно и кучно, потом ушел за косяк, но в том же месте возник второй боец. В разбитом окне опять затрещал автомат.

Немцы всполошились, забегали, как тараканы. Хрипел, катался по полу диверсант, напичканный пулями."

"– Товарищ майор, это наши! – Зорин захлебывался от волнения. – Те, что с периметра. Ефрейтор Капитонов, с ним двое ребят. Видать, спрятались, когда немцы из леса полезли, ждали удобного момента, чтобы в спину им ударить.

Подмога оказалась очень кстати. Перелом в ходе боя наступил внезапно, немцы пришли в замешательство. Их было человек восемь или девять, они палили во все стороны. Автоматчик снова возник в проеме, окатил их свинцом. Паника усилилась.

Вадим стрелял, не давал диверсантам броситься вперед. Рядом с ним пыхтел Зорин, изводил последние патроны.

Немцы впали в панику. Этим воспользовались красноармейцы, заблокированные в спальне. Распахнулись ошметки двери, в холл вылетела граната.