Башни над городом

– Ну и чем же, кроме эффектной внешности, она знаменита?

– Заметили? – усмехается Каллиадис. – И вы туда же! Все и всегда смотрят только на ее лицо.

– Ну, возможно, и другие части тела будут не менее интересны, – развожу я руками. – Но по фотографии этого сказать нельзя.

Майор довольно усмехается.

– Как вы полагаете, в данных, весьма непростых, условиях как долго может оставаться независимой такая симпатичная женщина?

– Ну… сложно сказать… Полагаю, что не слишком долго. Ведь своего мастер-сержанта Крамера у неё, надо думать, нет?

Как выяснилось, майор оказался первым из наших офицеров, кто обратил внимание на подобный факт. В данном заведении побывало немало наших сержантов и солдат. Заходили и офицеры. И ко всем Алла относилась вполне дружески, не позволяя, однако, ничего лишнего. Мило улыбалась, слегка кокетничала. Не отказывалась посидеть за столиком. При этом, многочисленные девицы, для которых подобное времяпровождение являлось основным видом заработка, ничуть ей в этом не препятствовали. Что бы предположил любой внимательный человек? Только то, что у Аллы имеется некий покровитель, с которым девицы не хотят портить отношения. И чисто внешне так всё и выглядело. Но вот кем мог быть подобный человек, если Аллу старательно обходили дальней тропинкой ещё и местные головорезы? А вот это заметил первым Каллиадис. Он обратил внимание на то, как ловко и вместе с тем, безжалостно, гасит милая девушка возникающие в ресторане стычки. И не только словесно, руки (и ноги) в ход пускались неоднократно. Ладно, веселые девицы, доставалось и мужчинам. Причем, тем из них, кто имел все основания считать себя невообразимо крутым и не стеснялся это демонстрировать при каждом удобном случае. Даже наличие оружия Аллу не останавливало ни на миг. А ведь среди посетителей ресторана были и такие «отморозки», с которыми не рискнул бы связываться даже Крутой Уокер!

Девушка же этим нимало не смущалась. Её манера общения, с милой и задушевной, мгновенно менялась на жесткую и резкую.

И её никто не трогал. Не пытались подкараулить в темном проулочке или уронить на голову что-нибудь тяжелое. Она всегда ездила домой на мопеде, колеся по неосвещенным улицам с мастерством профессионального гонщика.

– Я бывал у неё в гостях, – признается мой собеседник.

– Никак. Посидели, попили вина – и всё! Хотя парни из охраны смотрели мне вслед с немалой завистью! Она ведь никого не приглашала к себе в гости.

– И каков же у нее дом?

Майор смотрит на меня с уважением – оценил вопрос!

– Ухожен. Но это дело не её рук.

– Почему вы так решили?

– Она не слишком хорошо ориентируется в нём.