Бас. Любимица Иллари

– Миледи… – попытался возразить Наран, однако, на его счастье, Роар оказался проворнее. Еще до того, как потерявший терпение зверь пригнулся и оскалил зубы, степной цапнул непонятливого собрата за локоть и, вопреки всему, выволок в коридор.

Услышав, как за спиной хлопнула створка, я мысленно вздохнула.

Эх, Рокхет… ну что же ты за упрямец, а? Тебя ведь предупреждали, что со зверем могут возникнуть проблемы. Для кого я, спрашивается, сегодня полдня распиналась? Для мальчишки, который и без того инстинктивно понял, что и как нужно сделать? Для твоего неверящего друга, который до сих пор не сообразил, что именно с вами произошло?

Я ведь уже говорила, что вы своими руками калечите собственных зверей. Но попав под исцеление богини, тебе стоило сразу подумать, что луноликая не станет разбираться, кто именно и как нанес тебе раны. Ее исцеляющее воздействие затронуло не только тело, но и душу. Не только тебя, человека, но и живущего внутри волка. И само собой, впервые за долгие годы почувствовав силу, он не мог не попытаться вырваться из клетки, куда ты однажды его запер.

Кстати, твой зверь оказался хитер – вместо того чтобы сделать это сразу, он предпочел дождаться полнолуния. В час наивысшей силы, когда человеку и без того сложно себя контролировать, волк разломал клетку и встал против тебя один на один. Уже без цепей, без ошейника, без ненавистных ему стальных прутьев. Глаза в глаза. Просто чтобы понять: стоишь ли ты того, чтобы тебе подчиняться."

"Роара от беды уберегли их общая с волком боль и тот факт, что мальчик изначально не больно-то был настроен воевать. Его зверь принял это, простил, помог. Но ты, лохматый… у тебя на это не хватило гибкости. Как и раньше, ты не сумел вовремя остановиться, наладить диалог и просто поговорить там, где можно было обойтись без боя. Вместо этого ты попытался вернуть своего волка в клетку. Бросил ему вызов. И, судя по тому, что я вижу, этот бой почти проиграл.

Впрочем, даже сейчас я не могла не любоваться бесшумно скалящимся зверем.

Высокий, могучий, свирепый, в лунном свете его густая шуба отливала благородным серебром. Вздыбленная на загривке шерсть придавала ему еще более угрожающий вид. Острые клыки внушали благоговейный трепет. Впившиеся в доски когти могли разорвать даже меня. Но я все равно им любовалась. Воплощенная сила. Никем еще не покоренная мощь. Разве можно таким не восхищаться?!

– Ты прекрасен, – тихо призналась я, осторожно подойдя к зверю вплотную. – Такой неуправляемый, только сейчас познавший, что такое свобода…

Волк прижал уши к голове, и по комнате снова пронесся предупреждающий рык.

– Нет, – покачала головой я, когда моего лица коснулось горячее дыхание. – Я не собираюсь загонять тебя обратно. Напротив.