Бас. Любимица Иллари

И, пока я со смаком поедала его припасы, не посмел отвлекать леди от важного дела. Но как только я вернула ему существенно полегчавший мешочек, парень немедленно встрепенулся и, явно подготовившись заранее, признался:

– Кажется, у меня проблема, Бас.

– Какого рода? – ничуть не удивилась я.

– Мой волк… я не знаю, как с ним теперь жить.

– Он что, стал агрессивным?

– Нет, – неожиданно смутился Роар.

– Перестал слушаться или же пытается вырваться на волю?

– Нет.

– Тогда какой смысл паниковать? – удивилась я, устроившись на конской спине поудобнее.

Роар вздохнул:

– Наверное, я неправильно выразился. Мой волк стал другим, и я не знаю, как с этим жить. Для меня это непривычно. И все время кажется, что в этом кроется какой-то подвох.

– Так, – я внимательно посмотрела на опустившего глаза оборотня. – Что конкретно тебя в себе не устраивает?

– Мой зверь стал сильнее, – тихо ответил Роар. – Я стал лучше его чувствовать. Со вчерашнего дня не было ни минуты, когда я не ощущал бы его в себе.

– Нашел о чем беспокоиться! Я всю жизнь так живу – и ничего.

– Ты не понимаешь, – так же тихо ответил рыжик. – Так неправильно. Нам всю жизнь говорили, что звериное начало нужно держать под контролем. Я в это верил. Мой волк был послушен и скован до тех пор, пока я не давал ему немного воли. Но когда я был зверем, эти оковы ослабли. И я… честное слово, теперь мне кажется, что в них вообще нет никакой нужды!

Я фыркнула:

– Ах, вот оно что. У тебя вдруг глаза открылись на собственную природу. Ничего, через пару-тройку дней готовься к новым открытиям. Если, конечно, решишься пойти до конца.

– Я потеряю над собой контроль? – ощутимо напрягся волк.

– Дурак. Ты, наконец, его обретешь!

– Прости, я не понимаю…

Я возвела глаза к небу:

– Богиня, вразуми этого наивного волчонка и помоги ему в себе разобраться… Роар, вот скажи: что конкретно тебя тревожит? Тот факт, что ты ослабил контроль над зверем и после этого ничего страшного не случилось? Или же то, что, по мнению большинства лохматых, это как бы неправильно?

Волчонок снова смутился:

– Меня тревожат последствия. Чем дольше я был зверем, тем меньше мне хотелось снова стать человеком.

– Тебе не этого не хотелось. Ты просто вспомнил, что вместе с человеческой формой придется соблюдать массу правил, которые вы себе навыдумывали. Проблема в том, что изначально ваш предок был человеком и с самого первого дня воспринимал своего зверя как… довесок, как временно полезного, но дикого, а значит, и опасного соседа, которого ни в коем случае нельзя выпускать из клетки.

– Так и есть, – подтвердил рыжик.

– А еще тебя учили, что клетку ни в коем случае нельзя открывать.