Барышня и хулиган

Через полчаса мы начали нервничать. Мишка курил, вышагивая по кухне, а я стояла у окна.

— Отойди, — вдруг заявил Шальнов. — Сядь в угол и включи настольную лампу.

— Ты думаешь… — перепугалась я, но договорить не успела: зазвонил телефон. Мишка схватил трубку и нажал кнопку громкой связи, чтобы я могла услышать разговор.

— Михаил? — Голос Ильи дрожал, я могла поклясться, что слышу, как стучат его зубы. — Они следили за мной. Господи, они все поняли.

— Кто? Кто за тобой следил? — спросил Мишка.

— Я не знаю. «Опель-Фронтера», темный. Не видно, сколько их в машине. Сначала я думал, что ошибаюсь, но они везде следуют за мной. Я не рискнул ехать к вам.

— Вызовите милицию, — влезла я.

— Черт, да меня на смех поднимут. Послушайте, вы не могли бы приехать за мной? Я в кафе «Тихая пристань», знаете, на Литейной? Я боюсь выходить отсюда, моя машина стоит в переулке, довольно далеко от кафе… там темно. Я видел в окно, как проехал этот «Опель». У меня с собой никакого оружия. Пожалуйста, приезжайте сюда, кафе работает до четырех, здесь я, по крайней мере, в безопасности.

— Хорошо, — сказал Мишка и повесил трубку. — Ну вот, стоило спрятать пистолет, как он и понадобился.

— Думаешь, все так серьезно? — испугалась я.

— У нас три трупа, почему бы не появиться четвертому?

Уже через десять минут мы неслись на «девятке» в сторону Литейной.

— Жаль, времени нет заехать за пистолетом, — пробормотал Мишка. — Может, Илье с перепугу привиделась слежка? На кой черт кому-то следить за ним?

— Ты же слышал, он догадался, кто убийца. С кем-то встретился и…

— Да помню я… Черт, газового баллончика и то нет. А что, если в «Опеле» человек шесть здоровеньких мужичков да еще с пушками? — В этом месте Мишка неожиданно притормозил, а затем начал разворачиваться.

— Ты чего? — испугалась я.

— Пожалуй, тебе лучше остаться дома.

— Глупости, я не хочу ждать тебя и клацать зубами от страха, уж лучше вместе. К тому же Илья мог действительно перепугаться до смерти и попросту все выдумал.

— Не нравится мне это, — пробормотал Мишка, но все-таки поехал дальше.

Литейная, несмотря на поздний час, выглядела довольно оживленно, горели вывески нескольких кафе, открытых до сих пор, группа молодых людей распевала песни в скверике возле высоченного здания с колоннами. Страха во мне сразу поубавилось, да и Мишка заметно успокоился.

Мы свернули в переулок и увидели двухэтажный дом с вывеской, на которой неоновыми буквами значилось «Тихая пристань». На втором этаже свет не горел, окна первого этажа были закрыты ставнями, зато металлическая дверь распахнута настежь. Кафе не выглядело особенно респектабельным, по соседству не было ни одной машины, впрочем, площадка для машин отсутствовала, а ближайший столб украшал знак «Стоянка запрещена».