Невестка слепого барона

Потому и кинулся похищать юную девицу, считая, что делаю благое дело. Теперь эти глупости нужно было как-то аккуратно исправить, чтобы не сделать еще хуже.

Нет больше рядом принца, готового нагрузить меня очередным заданием или прикрыть неудачу. Дальше – все сам! Пора становиться тем степенным и умудрённым житейским опытом председателем колхоза, нормальным, хозяйственным мужиком, который семь раз отмерит, а уж потом будет действовать.

Вчера и я, и Клэр были настолько переполненные общением, что не было ни сил, ни времени обсудить детали.

Однако уже утром, после завтрака, Клэр задала мне тот самый вопрос, которого я побаивался:

-- Саша, а отчего умер мой бывший муж?

Я было засомневался, стоит ли ей говорить правду: слишком уж омерзительна она казалась. Однако, вспомнив, как накосячил с ее «спасением», решил изложить ей правду, но максимально сжато.

-- Его королевское величество запросил по герцогствам военную помощь. На границе назревал конфликт, и

лучше было подстраховаться. Твой муж привел один из отрядов, но заболел, когда они объединялись в столице.

Его оставили в казармах при дворце, а отряд ушел. А потом в Дольфенберге начались убийства.

-- В каком смысле: убийства?

-- Кто-то ловил проституток и убивал их. Он попался случайно, но прямо на месте преступления, так что…

-- Как убивал? – она смотрела мне в глаза прямо, добиваясь ответа и не собираясь отступать.

Я все еще мялся, не желая озвучивать подробности. Клэр так побледнела, что я с надеждой ожидал слов типа: «Я больше не хочу это слушать.». Однако она молчала и часто дышала, а потом почти шепотом спросила:

-- Он засек их насмерть?

-- Да. Откуда ты… Он что, и тебя?.. – в горле стоял такой комок, что я даже не смог закончить вопрос.

Пауза была такой долгой, и я уже думал, она не ответит.

-- Это было один раз. Я тогда уже поняла, что у него что-то не в порядке с головой… Он точно мертв?

-- Точнее не бывает. Его удавили прямо в тюрьме по приказу сверху. Суд был закрытым, но… Дело изначально было слишком шумным. В городе без конца обсуждали новости и плодили сплетни. А этот ублюдок еще и дворянин. Король не хотел публичного скандала и публичной же казни. Объявили, что Господь наслал на него

болезнь. Тело даже не выставляли для поругания.

Некоторое время Клэр молчала, что-то обдумывая, а потом сказала фразу, которая меня просто потрясла:

-- Надо придумать, как изложить это, чтобы барон не пострадал.

-- Клэр… Какая тебе разница, как будет жить барон? Этот мужик не сделал практически ничего, чтобы помочь тебе.

-- Сделал, Саша. Он относился ко мне как к равной и как к человеку. Да, он был слишком слаб, чтобы отстоять свои или мои права. Но, знаешь, добро часто выглядит слабостью.