Барон Серж де Сангре.

В сгущающемся мраке беззвучно накрапывает мелкий, противный дождь, оставляя на земле серебристые лужи, которые в сгущающейся тьме превращаются в черные провалы. Это и раньше-то, был темный, молчаливый и мрачный мир даже в разгаре лета и солнечным днем, а сейчас, по мере того, как тусклый свет исчезал с наступлением сумерек, этот мир казался еще более жутким, чем обычно.

Первый раз наемники меня нагнали, когда я решил, что достаточно уже оторвался и решил немного передохнуть и вздремнуть пару часиков. Спасло меня только чудо и неумение одного из убийц ходить по лесу. Мертвую тишину леса, тогда нарушил звук сломавшегося под ногой сучка. Для меня он прозвучал подобно выстрелу и разбудил. Результатом той схватки стал образовавшийся среди наемников труп и один легкораненый, а я обзавелся небольшим порезом на ребрах. Тогда мне удалось улизнуть, но уже через пару часов я наткнулся на очередную убийцу, который решил чуток отойти в сторонку. Не думаю, что он успел понять, что умирает. Следующая стычка была самой трудной, не знаю, каким Макаром наемникам удалось меня обогнать, но вывалился я прямо на них. И опять мне повезло. Моего появления они не ждали и развалившись отдыхали под деревом, передавая друг другу флягу с кислым вином. Не скажу, что я был готов к этой встрече, но среагировал быстрее. Доставать шпагу, времени уже не было, поэтому пришлось работать кинжалом. Результат, еще один труп и подранок. Третий предпочел не связываться с озверевшим юнцом и слинял за подмогой. А я лишился кинжала и обзавелся колотой раной в левом предплечье. Последний раз меня догнали сегодня в полдень, на перекатах ледяной речки, бегущей с гор. Я сражался с двумя наемниками на скользких камнях как сумасшедший размахивая шпагой. Наверное, там бы я и остался, если бы нога у меня не подвернулась и поток ледяной воды не смыл бы меня с камней.

Стуча зубами от холода, я выполз на берег, но уже на другой стороне реки. Оставив беснующихся наемников позади, а шпагу в водах реки, весь день я бежал на юг, через холмы, поросшие кривыми, чахлыми деревьями, полуголые, полумертвые. И сейчас убийцы настигли меня снова.

Холодный лесной воздух горит в моих напряженных легких, каждый вдох как порыв ветра из какой-то адовой печи. Ничего не чувствующие ноги, словно налитые свинцом, двигаются, как у автомата. С каждым шагом мои сапоги погружаются в напитанную водой землю и вырываются оттуда с чавкающими звуками. Я знаю, что с голыми руками у меня мало шансов выстоять против

дюжины убийц. Поэтому я бегу, не останавливаясь.

Опять пошел дождь. Частые капли падают со слабым, но отчетливо слышным стуком, покрывая влажную черную землю и возвышающиеся ели мириадами сияющих капель.