Бархатный капкан

Код к сейфу он уже сменил, и к Аллочке ключик подберет. И тянуть он с этим не будет.

Глеб отсчитал двадцать пять тысяч, передал их Протасу.

— Смотри, если ты мне наврал, я тебе горло перережу, — с леденящим спокойствием сказал он.

Юрист дернулся так, как будто через него пустили электрический ток.

— Глеб может, — с той же невозмутимостью кивнул Саватей. — Он в Чечне головы духам резал. Это нетрудно. Если крови не боишься. А Глеб не боится. И я тоже."

"Лева служил вместе с Глебом в воздушно-десантных войсках, но в Чечне воевать ему не пришлось. Это Глеба на контрактную службу понесло, а он домой вернулся — брюшко наедать. Это Глеб выгрызал из жизни свое будущее, а Саватей сидел на попе ровно, но глупо его за это осуждать.

— Да за что голову резать? — с бледным видом спросил Протас.

— Если не за что, живи спокойно, а есть за что, сразу скажи, — Саватей с размаху опустил на его плечо свою могучую руку.

— Так нечего говорить, нормально все!

— Ну, тогда свободен, — сказал Глеб. — Если что, звони.

Протас ушел, а Лева отправился на кухню. Парень он здоровый, аппетит у него лошадиный, а время уже — обедать пора. И повар появился. Глеб не боялся, что Лева его объест, но и злоупотреблять своим положением он никому не позволит. Каждая копейка должна быть на счету. Так и будет. Но не сейчас.

Аллочка появилась, едва только Лева покинул кабинет. Она пришла с подносом, но на пустые кофейные чашечки даже не глянула. Все внимание на Глеба.

— Хорошие новости? — спросила она.

— По мне видно или сама догадалась?

Он не исключал, что Аллочка банально подслушала их разговор. Если так, наказывать он ее не станет, но кабинет с прослушки снимет.

— По тебе видно.

— Думаю, вопрос с братвой решился.

— Думаешь, или решился?

— Что ты на счет своей тети говорила? — поднимаясь со своего места, спросил Глеб.

Зачем говорить, если есть возможность доказать свою уверенность в будущем на деле? Он не боится за клуб, поэтому готов еще глубже пустить корни в лазурскую землю.

— У нее масса вариантов, — повеселела Аллочка. — Но двушка на Морской — самый реальный. Цена вопроса — девяносто тысяч.

— Нормально.

— И еще шестьдесят тысяч долларов, — с озадаченным видом вздохнула она.

— А это за что? — нахмурился Глеб.

— Рудольф кредит в банке взял. Если у тебя в сейфе нет, значит, он их с собой увез.

— Не было в сейфе денег.

— Значит, он тебя кинул. Кредит на клуб, значит, на тебе, считай, повис. Через неделю выплата, полторы тысячи долларов.

— Надеюсь, это не критично?

— В принципе, нет. Но есть еще долг, — Аллочка заглянула в свои записи. — Там двадцать две тысячи ежемесячно, выплаты к лету закончатся.

— Надеюсь, на жизнь мне останется?

— Ну, мы и сейчас работаем с прибылью, и по налогам рассчитаемся, и по выплатам закроем.