Бархатная Принцесса

— Можно без фальшивой философии и пространных фраз? – Я не знаю этого человека, который назвал меня женой чуть больше трех месяцев назад. И не хочу с ним знакомиться.

— Ты забеременела, потом у тебя случился выкидыш, а чтобы ты не рехнулась, я решил побыть Санта Клаусом в ноябре и подарить тебе немного самообмана. Я люблю тебя, родная, хоть ты последняя растраханая сука. Я просто надеялся, что хотя бы беременность вправит тебе мозги. Жаль, что даже мысль о ребенке в животе не помешала впустить в себя чужой член.

Я жмурюсь, но не от обидных слов, а от того, что меня обманули, как сопливую девчонку. Завернули кусок пластилина в яркую обертку, и я легко заглотила наживку. И думала, что поступаю неправильно, пуская в свою жизнь другого мужчину, беременная от законного мужа.

Абсурдность и нелепица, хоть смейся, но плечо снова ломит так сильно, что приходится прижаться к стене. Кажется, еще немного – и упаду к ногам своего обвинителя ему на радость.

— В общем, родная, погуляла и хватит. У меня на тебя большие планы. Мы же семья? И ты вроде хотела ребенка? – Он разводит руки, словно иллюзионист пред толпой. – Я дам тебе ребенка."

"Последние слова звучат так… холодно, будто он уже все решил, будто в его собственной вселенной нет и не может быть места моему «нет». И этот разговор – он словно разговор двух случайных попутчиков, которые пытаются делать вид, что понимают друг друга с полуслова, а по факту просто говорят невпопад.

— Я не погуляла, Олег. Я от тебя ухожу. И я не хочу от тебя детей.

Он вздыхает, придвигается ко мне, словно хочет привычным жестом поцеловать в макушку, но вместо этого хватает за плечи и разворачивает к себе, буравя взглядом из-под очков. И я вижу в стеклах собственное бледное отражение и понимаю, что никогда-никогда не была счастливой: ни в этом доме, ни с этим мужчиной, ни на этой дурацкой планете! Что мое счастье там, где Кай. Замерло крохотным воспоминанием со вкусом ванили в том супермаркете детских вещей, где мы вместе выбирали вещи для выдуманного ребенка.

— Ты никуда не уйдешь, Дани, потому что я – твоя жизнь. Может, ты не заметила, но я – везде, каждую секунду рядом с тобой. Контролирую каждое слово и каждую мысль, знаю, что ты будешь делать еще до того, как ты дойдешь до этого своим умом. Думаешь, я не знал, что ты расставляешь ноги перед тем выблядком? Думали, поимели Никольского, сделали меня рогоносцем?

Я ничего не думаю, потому что, когда Олег так меня трясет, меня снова тошнит, и на этот раз мне не удержаться. Рвать уже нечем, поэтому из меня хлещет мутная вода, прямо Олегу на пиджак, и он, разжимая руки, брезгливо пятится.

А я снова наваливаюсь на стену и нахожу радость в том, что отомстила ему хотя бы так.

— Ты ничего мне не сделаешь, - зло улыбаюсь я, вытирая рот рукавом.