Бард 4

«Молодец! — похвалил я мысленно своего фамильяра, — А то этот ретроград хрен знает, что подумает».

«Ретроград? — весело поинтересовалась Уна, — Интересное слово».

В гостиной остались только Зина, Уна и Мин.

— Наслышан, у тебя живет много девушек, — весело посмотрел он на меня, — настоящий гарем. А где они все?

— По делам разошлись, — сообщил я любопытному князю, — с Уной вы уже знакомы. Это две мои телохранительницы — Мин и Зинтариэль.

Про титул Зинтариэль решил не упоминать. Хрен его знает, как папаша отреагирует!

Тот внимательно окинул взглядом оставшихся девушек. Уна важно кивнула ему в ответ. Мин слегка поклонилась, а Зина… Зина, как всегда, отвечала равнодушием на заинтересованный взгляд князя.

В гостиную заглянула Марфа подмигнула мне и тут же скрылась. Через минуту она вернулась с большим подносом, заставленным тарелками с разнообразной мясной закуской. Здесь тебе и буженина, и полендвица, и разные копчености, и зарубежный прошутто и наше родное сало с чесночком, и само собой нарезанный каравай черного хлеба. Рядом с ней шла Симонова, изображая служанку со вторым подносом, на котором стояли шесть кружек и два кувшина.

Поставив еду на один из столов в гостиной, они удалились. Вот Марфа молодец! Золотая женщина. Сразу поняла, что нужно.

Мы расселись вокруг стола. Зина, спокойно ответив, что она не голодна, удалилась, а вот Мин и Уна с моего всецелого одобрения присоединились к нам. Тем более князь Бутурлин не предложил поговорить тет-а-тет. Раз так, в компании веселее. И свидетели мне не помешают.

— Итак, Александр, — начал он разговор, когда были выпиты первые кружки с фирменной медовухой Марфы и произнесены положенные тосты за здоровье государя-императора, — Я желаю обсудить с тобой важное дело. Ирина — моя любимая дочь. И не секрет, что после изгнания Всеслава она становится моей наследницей."

"— Но есть же Ксения? — воспользовался я небольшой паузой.

— Ксения уже, считай, не Бутурлина, а Рюрикович. Так что, единственная моя наследница — Ирина, — отрезал князь, — и посему у нас с тобой возникло дело, князь Морозов. Как ты знаешь, в Российской Империи не приветствуются наследницы женского пола. Это, как сейчас стало модно говорить, «моветон». Наш род древний, да и сейчас мы владеем не только многими малыми поселениями, но и городом, входящим в десяток самых авторитетных в России. В отличие от… — Петр Иванович под укоризненным взглядом Иры споткнулся и закашлялся.

Я прекрасно понимал о чем он хотел сказать. Несложно понять оборванную фразу. Конечно же он имел в виду Морозовых. Хорошо, что я научился контролировать вспыхивающий гнев и сохранил доброжелательное выражение лица.

— Так вот, — продолжил он, откашлявшись, — я люблю свою дочь, и вижу ее чувства по отношению к тебе.