Бард 4

И поползла на четвереньках. М-да. А наши аристократы оказывается еще ничего! Хотя бы внешние приличия соблюдают и не унижают слуг. У эльфов, смотрю, совсем крышу от власти сорвало. Интересно, в моем прошлом мире в колониальную эпоху было так же?

Владиасэля мы застали без штанов. Так сказать, врасплох. Он только и успел завернуться в простыню. Мое внимание целиком заняла висевшая рядом с ним девушка.

Темную эльфийку в разорванной одежде приковали к свисающей с потолочной балки цепи. Она еле стояла на кончиках напряженных пальцев и, очевидно, каждое движение причиняло ей большие страдания. А двигаться приходилось, палисандровую кожу сплошь покрывали свежие рамы и старые шрамы, подозрительно похожие на те, что были у Белки. Сделав шаг в сторону, я заметил брошенный за диван поблескивающий кнут с вшитыми в хвост металлическими бусинами.

Зина была занята — держала хрипящего Владика за горло, приподняв над окровавленным полом, так что беседу пришлось начинать мне:

— Развлекаешься? — мы с Уной осторожно сняли еле живую эльфийку с цепей. Она почти ничего не весила, так что я легкой отнес ее на диван, а фея положила светящиеся ладони на лоб. Умничка! Если я начну исцелять ее молниями, крысеныш не доживет до конца разговора, а нам было, о чем потолковать.

— Что… ты… здесь… Как вы… Я вас всех… — Владиасэль никак не мог определиться, что ему делать — бояться или ненавидеть.

— Ты перешел черту. Я думал, в прошлый раз до тебя дошло главное правило жизни в Академии, но нет, ты на редкость туп, — как только раны на теле темной эльфийки затянулись, я укутал ее в рубашку Владиасэля. Ох, как его перекосило от отвращения! Прекрасно, значит я все делаю правильно, — и как только ты в Академию смог поступить? Взятку дал или папочка протолкнул? Зина, отпусти его, а то мы так до ночи не поговорим.

Зинтариэль молча швырнула Владиасэля в кресло. От мощного удара он перелетел через спинку и исчез в груде пыли и обломков."

"— Что ты здесь делаешь?! — ненависть победила. Злой как черт Владиасэль позабыл о страхе, двинувшись прямо на меня. Встретившись с коленом Зинтариэль, он на какое-то время лишился дара речи.

— Ты пытался меня убить. Опять. Причем не в бою, а скрытно, через отравление… Глупо, так глупо, — я картинно покачал головой.

За стеной слышалась какая-то возня. Видимо, остальные обитатели коттеджа подслушивали, стараясь уловить каждое мое слово, но бросаться на выручку не спешили, как и остальные телохранители. И дело было не во мне: их до трясущихся поджилок пугала Зинтариэль. Репутация королевской семьи играла нам на руку.

— Ты… ничего… не докажешь… урод…

— Разве? — удивление в моем голосе было вполне искренним. — Достаточно привести в суд подкупленного тобой человека и допросить под сывороткой правды.