Бард 2

— Я этого никогда не забуду… Александр.

Я кивнул и хотел было ответить, но вдруг на мое плечо легла чья-то рука. Повернувшись, я увидел стоящего рядом со мной Бутурлина-старшего. Он молча указал на беседку неподалеку. Интересно, если я незаметно грохну его там и быстро смоюсь, обвинят ли?

— Вам ничего не угрожает, князь, — неверно он истолковал мои сомнения.

Мин незаметно последовала за нами. Где-то в тенях наверняка скрывались и его телохранители. Грохнуть моего врага прямо сейчас — слишком рискованно. Послушаем, что дед хочет донести до меня.

— Моя дочь теперь живет с вами. Я не в восторге, — он уставился на меня, ожидая ответа, только я понятия не имел, какого именно. Скажем правду! Вдруг у него и детектор есть?

— Ее появление на моей вилле оказалось полнейшим сюрпризом, я ни в коем случае не принуждал ее к этому.

Пара морщин на лбу разгладилась. Неужели он что-то подозревает? Наверняка. Но не хочет верить, что дочь связалась с таким, как я.

— У меня много комнат, так что я рад помочь менее везучим сокурсникам, — идеально! Он поверил! Наверное, решил, что это все делается для того, чтобы подколоть его. Мол, мое жилье круче, чем они могут себе позволить. Всеслав пускай в комнате ютится, а Ира выбила себе условия получше. В его глазах проблеснула гордость.

— Я рад, что вы сохраняете благоразумие, в отличие от вашего отца, — слова Бутурлина-старшего вызвали в моем сердце позабытую ненависть. Не мою, хозяина этого тела. Но она давно уже стала по-настоящему моей. Мне захотелось разорвать старика на мелкие куски и втоптать их в сырую землю. Кажется, я перестал себя контролировать, потому что следующие слова он произнес куда жестче:

— Не забывайте свое место, князь, и проживете долгую и счастливую жизнь.

Не знаю, сколько я просидел в беседке. Где-то там продолжалось веселье, вовсю играла музыка. Оправившись от позора, светлые эльфы пели со сцены, завоевывая немалую популярность. Наверняка, у меня еще будут с ними столкновения, но сейчас мне было откровенно плевать. Ненависть никак не стихала. Я невольно почувствовал, что начинаю испытывать ненависть и к Бутурлиной…

— Но она ведь ни в чем не виновата, — проснулась моя совесть, почему-то заговорившая, совсем как Уна.

Да… Не виновата. Я глубоко вдохнул и медленно выдохнул, постепенно возвращаясь в привычное состояние. Выбросил из головы бредовые мысли. Ирина — мой союзник, и она сделала выбор. Сомневаться в этом было глупо. Живот все еще был пустым. Следовало его наполнить до отвала и, вероятно, выпить.

Стоило мне встать, как у входа появилась новая гостья. Ее скрывала тень, только желтые глаза ярко сверкали в темноте.

— Я все слышала, — нейтрально-дружелюбным тоном заявила Белкариэль. — И видела.

Уважаемые читатели, в 8 главу 1 тома была внесена небольшая правка.