Баран и жемчуг

Этот осёл… вернее, баран, ездил к Рубертунам, угрожал им, опозорил их работников… О чём он только думал своей головой?! Вот теперь начнётся настоящая война.

В отношении Рубертунов я никаких иллюзий не питала. Вот кто был настоящим разбойником. Если кто-то им досаждал, то эта семейка не гнушалась ничем, вплоть до поджогов. Доблестный сэр Морис приехал, пошумел и уехал, а мне придётся жить с этими людьми до самой смерти. Наши земли граничили – Рубертунам надо лишь перелезть через ограду, чтобы оказаться на моих лугах. И что они сделают завтра? Или через месяц, когда сэр Баран отчалит от наших берегов?"

"Я злилась всё больше и больше, хотя отдавала должное смелости сэра рыцаря. Да, он поступил так, как поступил бы настоящий мужчина, настоящий защитник. Но надо не глупо геройствовать, а думать, что будет завтра! И тем более – он рисковал моими людьми! Мои вилланы – они не рыцари, и не воины, и не королевские солдаты! Они – мирные жители, робкие, даже трусоватые… Это у Рубертунов в работниках – одни наёмные головорезы!..

Прождав до вечера, я не вытерпела и опять вызвала Малькольма, но он доложил, что сэр Морис ещё не появлялся.

Не появился сэр и к ужину, и после ужина, и когда церковный колокол прозвенел после вечерней службы, сэра Забияки всё ещё не было. Я отправилась спать, но никак не могла уснуть.

Вот где пропадает этот остолоп?!

Поехал в город… по делам…

Запрещал мне ездить одной, а сам уехал без сопровождения…

А вдруг его подкараулили Рубертуны? Или… или он встретил Анабель?..

Со стоном зарывшись в подушку, я не знала даже, какой из вариантов хуже. Нет, мне совсем не нужен был сэр Мюфла – со всеми его самцовскими достоинствами. Но стоило лишь подумать, как он увидит Анабель в красном платье, на белой лошади, да ещё с рубиновыми серьгами…

О-о, тут было отчего сойти с ума!

Так где же он? Где же?..

Примерно, в полночь я вспомнила, что так и не прочитала письмо Лейтис. Всё равно не спалось, и я встала, накинула поверх ночной рубашки шаль, и достала письмо. Подруга писала простыми, ничего не значащими фразами, приглашала заехать в гости, сожалела, что я не отвечаю – ничего интересного. Я дочитала и уронила листок бумаги на колени.

Может, надо собрать отряд и отправиться искать этого барана твердолобого?

Запахнувшись в шаль поплотнее, я вышла из комнаты и отправилась в конюшню, чтобы разбудить Малькольма. В замке и во дворе было тихо, только по стене уныло бродили ночные сторожа с копьями наперевес.

Я зашла в конюшню, где теплился один масляный светильник, и тут же увидела вороного коня. Бобик (что за дурацкая кличка!) стоял себе в стойле и преспокойно жевал овёс.