Барабаны осени. Книга 2. Загадки прошлого

– Ты, – прошептал он ей в волосы. – Он. Все мы. А разве есть что-то еще?

Утро было на удивление спокойным. Ребенок проспал всю ночь, за что удостоился всеобщего восхищения. Две курицы услужливо снесли яйца в курятнике, а не как обычно, поэтому в поисках завтрака мне не пришлось продираться сквозь кусты ежевики.

Замешанное Лиззи тесто поднялось идеальным белым холмиком, а новая печь, заразившись общим духом согласия, запекла его до золотистой корочки, пропитав весь дом ароматом свежего хлеба. На сковороде задорно шипели ломтики пряной ветчины и индейки, примешиваясь к запахам полевых цветов, доносившихся в распахнутое окно.

Впрочем, сонная атмосфера, пронизывающая дом, была вызвана скорее ночными событиями.

Полная луна заливала светом все небо. Джейми потушил свечу и подошел задвинуть засов, а вместо этого вдруг облокотился о дверную раму, глядя вниз, на долину.

– Что такое? – спросила я.

В призрачном бледном свете мир словно потерял глубину. Водопад вдали застыл хрустальным потоком, хотя ветер дул в нашу сторону, донося его глухой рев. Воздух сладко пах травой и водой, а еще сосновыми иглами с горных вершин. Я вздрогнула и прижалась к Джейми в поисках тепла. Его рубашка была распахнута почти до самого пояса. Я скользнула под нее ладонью и обхватила круглую горячую ягодицу. Напрягшись под моей рукой, Джейми повернулся.

Он отступил от меня – но лишь затем, чтобы стянуть рубашку.

Луна вычернила и высеребрила все его тело; я видела и длинные пальцы, и распущенные волосы столь же отчетливо, как темные кусты ежевики за его спиной. Вот только в обманчивом свете было не понять, как далеко он стоит – не то в миле отсюда, не то на расстоянии протянутой руки.

Я тоже спустила сорочку с плеч, переступила через нее и, оставив валяться у двери, шагнула к Джейми. Не говоря ни слова, мы пошли по сырой траве, холодящей босые ноги, в лес, где так же молча обняли друг друга, растворяясь в царившем по ту сторону хребта безмолвии.

Проснулись мы незадолго до рассвета, все искусанные москитами и до самых костей закоченевшие от холода. Ничего не говоря, лишь громко хихикая, выбрались из вороха листьев и, пьяно спотыкаясь о корни и камни, побрели по безлунному лесу обратно и рухнули в постель, чтобы ненадолго забыться счастливым сном.

Поставив перед Джейми миску овсянки, я украдкой вытащила из его волос дубовый листик и положила на стол рядом с чашкой.

Улыбаясь одними глазами, он перехватил мою руку и нежно поцеловал костяшки, а потом вернулся к своей каше. Подняв голову, я увидела, что на меня понимающе смотрит Брианна, почти не скрывая усмешку. Она повернулась к Роджеру, который, ковыряясь в тарелке, не сводил с нее горящего взгляда.

Семейную идиллию нарушил зычный рев Кларенса.