Барабаны осени. Книга 2. Загадки прошлого

 – Ты ведь пыталась, да? Ты прибежала к ней и сказала, что Гейлис Дункан заболела и зовет ее, и мама пошла к ней, – она всегда шла, если звали к больному, она же врач! Ты знала, что Гейлис собирались схватить за колдовство. Если бы мама была с ней, ее тоже схватили бы! Ты думала, маму сожгут на костре, и Джейми Фрейзер достанется тебе!

Лири побледнела, как смерть. Даже глаза замерли – стали холодными и неподвижными, словно мрамор.

– Я чувствовала, что на нем ее рука, – прошептала она, – даже в постели. Она всегда лежала между нами и обнимала его, а он вздыхал во сне и звал ее по имени. Она ведьма, я точно знаю.

В комнате было тихо, только шипел огонь в очаге, да за окном щебетала птичка. Хобарт Маккензи наконец очнулся, шагнул вперед и взял сестру за руку.

Он кивнул Иэну; тот кивнул в ответ и коротко взмахнул рукой, сумев каким-то образом передать и сочувствие, и сожаление.

Лири, не сопротивляясь, позволила брату увести ее, однако у двери обернулась. Брианна стояла неподвижно, не в силах пошевелиться.

– Говоришь, ты дочь Джейми Фрейзера? – сказала она звонким холодным голосом. – Да, глядя на тебя, можно поверить. Так вот, твой отец – обманщик, лжец, сукин сын и предатель. Уверена, что вы друг друга стоите.

Лири наконец дала Хобарту увести себя. Дверь за ними захлопнулась.

Брианна наклонилась вперед, опершись на ладони и ощутив тяжесть ожерелья, зажатого в руке. Волосы у нее распустились, густая прядь упала на лицо.

Она закрыла глаза, чтобы побороть головокружение, затем почувствовала руку, которая нежно коснулась ее и смахнула с лица прядь волос.

– Просто он ее любил, – прошептала она скорее самой себе, нежели кому-либо еще, – и не забывал о ней.

– Конечно, не забывал.

Брианна открыла глаза и рядом с собой увидела продолговатое лицо Иэна и его добрые карие глаза. Широкая, огрубевшая от работы рука накрыла ее ладони, приятно согревая и утешая.

– Мы тоже не забывали, – добавил он.

– Еще кусочек, кузина Брианна? – Джоан, жена Джейми-младшего, улыбалась ей с противоположной стороны стола, держа наготове лопатку, чтобы положить пирога с крыжовником.

– Нет, спасибо, я правда больше не могу, – запротестовала Брианна, улыбаясь в ответ, – и так вот-вот лопну!

Мэтью и его младший брат Генри громко захихикали, но тут же умолкли под буравящим взглядом бабушки. Оглянувшись, Брианна заметила, что все за столом от взрослых до малышей едва сдерживали смех; похоже, нашли ее короткое замечание бесконечно остроумным.

Их удивляла не ее странная одежда, и даже не сама невесть откуда взявшаяся родственница, решила Брианна, пусть даже такая необычная. Было еще что-то, какая-то незримая радость бежала от одного к другому, словно электрический ток.