Баннерет

— Тебе просто или сложно?

— Давай для начала просто, — Айлин скрестила на груди руки, — Если осилю, попробуем и сложный вариант."

"— Просто так просто, — равнодушно пожал плечами я, — Убить того, кто хочет убить тебя — хорошо для выживания. Вырвать у него изо рта золотой зуб, продать и на вырученные деньги купить доспех — хорошо для выживания. Трахнуть шлюху и получить бонусом чуму, сифилис и проказу — плохо для выживания.

— Ладно, тут всё действительно просто, — хмыкнула девушка, — Давай теперь сложный вариант.

— Можно и сложный, — пожал плечами я, — Но тогда следи за руками. Начнём с убийств. Всегда… — я немного замялся, вспомнив тех двоих пьянчуг из Деммерворта, которых прирезал, чтобы замести следы, — Почти всегда нас к этому вынуждали те, кого мы убивали. Так устроен этот мир. Либо убьёшь ты, либо грохнут тебя. Других вариантов мне не оставили. Что касается зуба — тут всё по прежнему. Это деньги, которые нам очень нужны. А трупам они всё равно уже ни к чему. Что касается маркитанток… — я сделал небольшую паузу, пытаясь понять, как получше сформулировать, — Чем по твоему отличается человек от животного?

— Ну… — девушка ненадолго задумалась и вновь принялась нервно теребить локон. Должно быть искала в вопросе подвох, — Наличием разума?

— Не совсем. У животных тоже есть разум. Более примитивный чем у нас, это правда, однако большинство из них вполне способны запоминать, испытывать базовые эмоции, а некоторые, особо умные даже строить небольшие логические цепочки, пользуясь абстрактным мышлением. Человека… — я выдержал паузу, чтобы захватить всё внимание Айлин, — Человека от животного отличает лишь одна маленькая деталь. Животное в первую очередь руководствуется своими инстинктами. А человек — своим разумом. Он у него стоит над инстинктами.

— Звучит так, будто ты не считаешь людьми примерно половину жителей земли, — фыркнула девушка.

— Ну, плюс-минус, — пожал плечами я, — Может быть процент чуть побольше, может чуть поменьше. Сейчас это не имеет значения. Так вот, суть в том, что я очень не люблю, когда во мне по какой-то причине видят не человека разумного, а ёбаное животное, которое бегает на поводу у своих животных позывов.

— Вот значит как… — девушка смерила меня долгим задумчивым взглядом.

— Именно так, — кивнул я, — И никак иначе. А что касается остального… У меня есть своя система ценностей, от которых я не хотел бы отказываться. Да, часть с убийствами… пришлось пересмотреть из-за внешних обстоятельств. Но в остальном этих обстоятельств нет. Значит, нет повода ломать ментальные блоки, всё дальше уходя от человека-разумного, к человеку-скотине.

В комнате повисло напряженное молчание.