Девственница для бандита

Затем машет мне рукой, поднимает большие пальцы вверх, улыбается. Я не могу ответить ей тем же. Кусаю губы, смотрю на подругу, мысленно прося помощи. И в то же время понимаю, что она не в состоянии мне помочь…

Давид открывает багажник, кладет туда чемодан, и снова садится в машину.

– Я теперь пленница? Куда ты меня везёшь? – не выдерживаю и спустя полчаса после того как мы едем в неизвестном направлении, все же нарушаю молчание.

– Лилиана, наш поездка всего лишь перенеслась. По серьезной причине, – голос Давида звучит равнодушно и устало. – Я не думал, что ты настолько истерично воспримешь мое отсутствие. Тем более не ожидал, что сразу бросишься тусоваться с другим мужиком. Который к тебе не равнодушен, и ты прекрасно об этом знаешь.

– Так это была ревность? Там, на дороге? Олег всего лишь предложил подвезти меня… в одно место. Ты же видишь, я была на пробежке, – показываю на свою одежду.

– Нет, это было раздражение. Я не спал двое суток, – бросает Давид, и снова виснет длинная пауза. Он явно не желает продолжать разговор, а мне вдруг становится ужасно неловко. Возможно, я действительно повела себя как полная истеричка? Из-за неуверенности в нём, в его отношении к себе, могла ли надумать свои обиды?

Хотя по-прежнему не считаю ужасным, что села в машину к Олегу. В конце концов, Давид еще в прошлый раз уехав, прекрасно знал, что мы с Олегом волей-неволей познакомимся и окажемся под одной крышей… То что мы познакомились, начали общаться, появились какие-то общие темы, не моя вина.

Вот только я не могу объяснить Давиду причину, по которой сегодня села в машину Олега! Не могу сказать про Егора… Значит и оправдаться не получится. Поэтому продолжаю молчать, лихорадочно думая, куда же Ериханов меня везёт и что будет дальше.

Давид останавливает машину на пирсе, выходит, достает из багажника чемодан и большую черную сумку. А затем выпускает и меня из джипа.

– Значит яхта в силе? – смотрю на водную гладь, меня все еще потряхивает.

Мне становится не по себе. Возможно, у Давида действительно были серьезные проблемы, вряд ли он станет врать, отмазываться, что не мог позвонить, это совершенно не в его духе. Давид не из тех кто станет оправдываться перед женщиной. Он сказал, что не спал двое суток… значит дело и правда было серьезное. А я все это время вела себя как глупая истеричка. Психовала и накручивала себя, пестовала внутри обиду…

– Я не мог тебе дать знать, что все переносится, – произносит Ериханов. – Знаешь, женщина, которая делает о тебе такие поспешные выводы, не может подождать пару дней, не уверен что мне подходит.

Подходит? Я никогда не считала себя подходящий ему. Но сейчас не могу произнести это вслух. В моей голове полный сумбур. Смешанные чувства, вина, и в тоже время обида, никуда не делись.