Бандит

Файл был большим. Это не было делом Вахи, скорее, обменом письмами и информацией о нем между сотрудниками и отделами, но информации было много. Офис, с адресом и описанием, также кабинет в ресторане «Баку», в котором он тоже встречался с людьми, сообщения от информаторов о криминальной активности группировки, сведения о численности. У самого Вахи было не меньше двадцати человек. Чеченская же община могла выставить человек сорок. В случае возникновения проблем со славянскими группировками они свои распри забывали вроде как. Но именно, что вроде.

Вот уже интересно: у Вахи серьезный конфликт с дагестанцами, бригадой некоего Мурада Мамаева, кличка Мамай, понятное дело. Мамаев вроде бы контролирует промзону рядом с Центральным рынком, а заодно наркосодержащие препараты из «Семейной аптеки». У Вахи есть свои интересы и в том, и в этом, что Мамаев никак одобрить не может.

Действительно, интересно. После уничтожения поставок героина в городе назрел большой передел наркорынка. Сдвинулись интересы, сбыт и поставка, контроль ушел из одних рук в другие, и не каждый с этим может смириться. Большой передел – большая грызня, без крови не обойдется. Значит, что? Умный человек подумал бы над тем, как заранее направить конфликт в нужное русло, прежде чем тот направится сам, куда ему захочется.

Ваха против Мурада. Чем плохо? Только как бы их столкнуть лбами? Что конкретно Ваха пытается делать с наркосодержащими? И с чего вдруг? Владелец «Семейной аптеки» – дагестанец, думаю, что Мамаев на этой почве «сел на канал», а вот Ваха каким боком? Чеченцы контролировали героин, весь его сбыт. Сбыта, к слову, было очень много через рынок, не только цыгане. Складская зона рынка в этом как-то задействована?

Ладно, читаем дальше…

Глава чеченский общины Хоза… с Вахой принадлежат к разным тейпам, отношения не самые лучшие, но конфликта нет. Не раз объединяли силы при каких-то больших разборках. Так, вот еще интересное: у Вахи год назад был убит двоюродный брат Аслан. Аслан характер имел несдержанный, много говорил, был склонен к беспределу, любил демонстрировать храбрость. Потом исчез и позже нашелся в кювете возле окружной, одетым в рубашку и джинсы, без обуви, со связанными липкой лентой руками и следами удушения. Ваха воспринял это очень близко к сердцу, поклялся мстить, но никто так и не разобрался в том, чья это работа.

Так, вот интересное, прошло мимо «коптевских»: бригада Вахи, оказывается, имела планы прикрутить барыг в Гадюжнике. Двое барыг были убиты, один из людей Вахи ранен, тяжело, остался инвалидом. Потом Ваха отступился, похоже, что по совету Хозы. История шума не имела, барыги и сами друг друга валят регулярно, конкурируя за лучшие углы и подъезды, но все же она состоялась.