Бандит

Нейтрально одетый, могу еще поспорить, что приехал он на универсале «двадцатке», чтобы вообще никак на стоянке не выделяться.

– Про тебя новости? – сразу спросил он, присаживаясь напротив.

– А про кого еще, – удивился я вопросу, попутно наворачивая вторую порцию лобио, шашлык пока не заказывал, его ждал. То есть их, получается. – Про меня. Жанна продала меня неприятелю. За деньги, я так понимаю.

– Надо было любовь изображать. – Костя в курсе истории с любовницей прототипа.

– Не получилось бы, вскроет она меня. Да и женат я вообще-то.

– Ну да. Просто этот факт пока в голове никак не уляжется. А машина где?

– Оставил до завтра. Не хотел, чтобы ее по камерам вычислили. С утра закинешь меня в центр?

– Никаких проблем. Так что заказываем? – Он потер руки, изображая вожделение.

– Я по шашлыку планирую. И тебе того же советую.

– Не возражаю.

Я махнул рукой официантке, подошедшей к нам с планшетиком в руках. Тоже чуток привыкнуть не могу, тут вокруг такой советский стиль во всем, что ждешь блокнотиков и рукописных счетов, а здесь вот так, сплошной хай-тек, можно сказать. Ну, или шаг по пути к нему.

– Закуску? – спросил я.

– Не, лучше шашлык двойной.

– Тогда два двойных карских, соленья и… баклажаны с орехами, одни на двоих. Пиво? – спросил я у Кости.

– Одну можно, я думаю, – махнул он рукой.

– И два пива. Больших, – уточнил я на всякий случай, чтобы вдруг маленькие не принесли.

Костя, пока ждал заказа, выложил на стол планшет, зашел в интернет. Полистал сайты городских новостей, потом вдруг сказал:

– Тут ничего нового. Да, Барановский дал информацию, которую они от сутенера получили.

– И что в ней? – насторожился я.

– Сплошная конспирация вроде как, но есть один интересный факт. Сутенер хорошо помнит адрес, куда детей возили очень часто. В сауну в Никитинском переулке.

– Никитинский, Никитинский, – задумался я, пытаясь вспомнить.

– Сейчас покажу, – Костя быстро вошел в «Сусанина». – Вот, смотри, между Московским и Первомайской. – Он растянул картинку пальцами, изменяя масштаб.

– Хм… – Я задумался. – Стоп, а я помню там сауну. Вот здесь примерно, вот в этом доме. Ну да, точно помню."

"Да, да, то самое место, где я тогда увидел желтый сутенерский «бусик» с девками. Девки были совершеннолетние, но не про них речь. Двух саун в этом месте быть не может, я думаю. И еще, скорей всего, обслуга этой сауны своих клиентов-чадосладцев знает.

– А кто их вызывал обычно?

– Банщики, или как там их правильно. Через посредников, так сказать.

– То есть кто-то приходил в сауну и требовал выписать детей? – уточнил я.

– Именно так.

– И что нам по этому поводу делать?

– Он ничего не сказал. И что тут сделаешь? На горячем теперь там никого не спалишь, не банщики же всех сдадут.