Бандеровский схрон

Не простая Красная армия, какое-то особое охранное подразделение.

К черту этих «особых», их всего двое!

Люди Нестора открыли огонь одновременно. Мотоциклист выпустил руль, взмахнул руками и откинулся на спину. Мотоцикл развернулся и помчался прямиком на дерево. Из люльки вывалился второй военнослужащий и закричал от боли, наверное, кости переломал. Но это не помешало ему передернуть затвор автомата. Мотоцикл врезался в осину и очень даже красочно взорвался.

Клычко бросил на дорогу гранату. Осколки накрыли покалеченного москаля, лежавшего там. Он истекал кровью, скреб ногтями укатанную грунтовку.

Водитель «эмки» сделал попытку улизнуть, надавил на газ, но машина завиляла. Одно колесо было пробито пулей. «Эмка» еще прыгала по обочине, а шофер с автоматом Судаева уже выпрыгнул из нее и покатился с обочины в лес. Он приподнялся, огрызнулся короткой очередью. Блеснули сержантские лычки на погонах.

По нему ударили из нескольких стволов. Шофер повалился в траву.

«Эмка» съехала с обочины, накренилась. От удара о бугор распахнулись дверцы, сорвалось с оси колесо, и выгнулось крыло."

"Сзади сидели два офицера. Один из них начал стрелять из пистолета. Ответом ему был безжалостный кинжальный огонь. Этот герой вывалился лицом вперед из задней дверцы. С затылка его лилось как с мокрой губки. Второй пассажир тоже не подавал признаков жизни.

Буткевич поднялся первым, выбрался на дорогу, широко оскалился. Попалась птичка, да еще и не выжила! Стали подниматься остальные хлопцы.

Тут вдруг застрочил автомат, снова замелькали на другой стороне дороги сержантские лычки. Жив был москаль, только прикинулся мертвым.

Буткевич качнулся, выпучил глаза, грохнулся на дорогу и затрясся в конвульсиях. Остальные попадали на землю. Черт побери!

Проворный сержант расстрелял боезапас и скачками уносился в лес. Он протаранил гущу кустарника и скатился в овраг.

Хлопцы, сквернословя, топали за ним, вырвались к оврагу, но того и след простыл. Обозленные бойцы строчили по пади, по лесу.

– Хватит! – прикрикнул Бабула. – Невелика птица, пусть летит. Все назад!

Спотыкаясь о коряжины, хлопцы выбегали обратно на дорогу и машинально крестились – отмучился Адам. Их сподвижник был мертв. Пули кучно попали в грудь. Ладно, все там будем.

Бабула бросился к накренившейся машине, возле которой лежал офицер с майорскими погонами. Ему было лет под сорок, спортивно сложенный, виски тщательно выбриты. Портупея, планшет, все как положено.

Бабула забрался в салон, держа «вальтер» наготове. Второго пассажира пули пригвоздили к сиденью. Он задрал голову. Фуражка свалилась с нее. Плотный, щекастое лицо с приплюснутым носом. Китель полевой, скромный. На нем погоны с большой одинокой звездой. В воинских званиях противника Бабула разбирался.