Бандеровский схрон

Вроде обидно, но как верно, черт возьми! Нас не развалить, Украина будет единой! Даже если на Донбассе и в Крыму не останется ни одного жителя!

Гныш спешил. Опаздывать было никак нельзя, а до назначенного срока оставалось двадцать минут. Машина разваливалась на ходу. Дотянуть бы!

За Ланчаком началась необитаемая местность. «Нива» проехала через лес, скатилась с холма. Заблестела речка. Перед ней лесок, ворота бывшей спортивной базы, вернее, сквозной проем. Металлические створки давно украли хозяйственные люди.

Голый пустырь, остатки спортивной площадки, справа продолговатые строения. Прямо по курсу двухэтажное здание с заколоченными окнами. К нему пристроена кирпичная прямоугольная коробка – спортзал. По центру крыльцо, открытая железная дверь. Небольшие окна на втором этаже, под самой крышей.

Здание и его окрестности выглядели заброшенными. Кустился бурьян, позади спортзала рос самый настоящий лес.

Подельники примолкли, с любопытством озирались. Касьян подвел «Ниву» к крыльцу, выключил двигатель. Озадаченные парни вышли из машины, принялись крутить головами.

– Что за хрень? – моргая, спросил Рваный. – Где все? Что за местечко такое дикое?

– Нормальное местечко, – проворчал Гныш. – Зато ни один сепар про него не узнает. Сказано же было, что это испытание, в том числе психологическое. В спортзале нас ждут, значит, туда и идем. Топайте за мной.

Он тоже испытывал странные чувства, но не озвучивал их. Значит, так надо. Понятное дело, что им не расстелют ковровую дорожку. Кто они такие?

Гныш уверенно зашагал к крыльцу, пиная мелкие камешки. Компания потянулась за ним.

– Касьян, ты уверен?.. – проворчал Петро ему в спину. – Что-то мне не нравится эта хрень. Может, походим вокруг, присмотримся?

– Некогда, – огрызнулся Гныш, вскидывая руку с часами. – Минута осталась. За мной, пунктуальные мои! – Он запрыгнул на бетонное крыльцо, посреди которого зияла трещина, уверенно вошел в распахнутую дверь.

Внутри пахло плесенью, какой-то застарелой гнилью. Там не было электричества. Свет на первый этаж поступал с улицы, через дверной проем. Просторное помещение с облезлыми стенами, в углу какие-то древние маты, разломанные брусья, турник. В правом дальнем углу лестница наверх. Под ней еще одна дверь. Скамейки вдоль стен, какой-то старый строительный хлам.

– Я же говорю, это хрень какая-то, – пробубнил Рваный. – Подшутили над тобой, Касьян, а ты и уши развесил.

Гныш обернулся, увидел дверной проем, озаренный дневным светом, кусок пустыря, фрагмент «Нивы». Вдруг входная дверь стала стремительно закрываться! Словно с обратной стороны ее кто-то толкал. Она захлопнулась с оглушительным треском, и в спортзале стало темно, как в склепе.

Неприятное чувство скрутило горло Касьяна. Оно очень походило на страх.