Банда Кольки-куна

Присутствовали сам хозяин, его конфидент Рачковский, начальник ПОО Герасимов, начальник ПСП Филиппов, от Департамента полиции — директор Гарин, начальник Особого отдела Макаров и чиновник особых поручений Лыков.

Тон совещанию задал Трепов:

— Скажите, Алексей Николаевич, о чем вы два часа беседовали с Колькой-куном?

— Я хотел лучше понять его модель будущего.

— Как вы сказали? Модель будущего?

— Да. Какой он видит Россию завтра, что для этого готов сделать. Я надеялся, что злоумышленник выдаст мне свои планы.

— Ясно. Это вместо того, чтобы арестовать его со всей бандой, — ехидно вставил Рачковский.

— А пока вы там выведывали секреты, банда-то и сбежала, — добавил Трепов.

— Вовсе и не так, Дмитрий Федорович, — обиделся Гарин. — За арест отвечал ротмистр Комиссаров из охранного отделения. И местная полиция. Вот они и профукали. Не могли, видите ли, полковое хозяйство как следует изучить. Пока Лыков заговаривал бунтовщикам зубы, и надо было оцепить дом. А Комиссаров…

— Пусть, — примирительно сказал Рачковский. — Пусть вы правы. Чего теперь виноватых искать? Надо поймать злодеев наконец. Который уж раз они уходят из-под ареста?

— Со счету сбились, — вступил в разговор молчавший до сих пор Герасимов. — Но довести дело до конца надо… Предлагаю внедрить в окружение Куницына нашего агента."

"— Вот это дело, — крякнул Рачковский. Макаров, наоборот, брезгливо поморщился. Товарищ министра заметил это и вспыхнул:

— Что такое, статский советник? Вам не нравятся методы?

— Точно так, ваше превосходительство, — спокойно ответил начальник Особого отдела. — В приличном обществе это называется провокация.

— Если вы чистоплюй, так может, надо сменить службу?

— Может быть. Я как раз думаю над этим.

Макаров был обеспеченный человек и легко мог не служить. Кроме того, по предыдущей своей деятельности он являлся законником. И много уделял внимание тому, чтобы чины Департамента полиции не злоупотребляли правом. Лыкова как розыскника это раздражало, но он понимал, что такие люди нужны в политической полиции. Вот в уголовной они мешают, а в политической бывают полезны.

Между чиновниками началась свара, но ее разом пресек Герасимов:

— Разрешите, ваше превосходительство, изложить свои соображения вам лично? Без скептиков и резонеров.

— А…

— Понадобятся еще господа Рачковский и Лыков. Остальные, как не имеющие прямого отношения к дознанию, могут уйти.

— Считаю целесообразным привлечь надворного советника Филиппова, он тоже участвует в дознании, — тут же вмешался Алексей Николаевич. Герасимов кивнул:

— Согласен.

Получалось, что лишние здесь только департаментские. Гарин с Макаровым удалились, причем последний под гневными взглядами диктатора оставался совершенно невозмутим.