Банда 5

 — Пафнутьев продолжал перебирать бумаги.

— Это не публичный разговор! — Худолей жеманно повел плечом, все еще глядя куда-то в сторону.

— Во дурак-то, Господи, — пробормотал Шаланда, снова уходя на кухню. Вслед за ним вышел и Вобликов, слегка путаясь в ногах. Пафнутьев проводил их взглядом и посмотрел на Худолея.

— Чего тебе? Чего комедию ломаешь?

— Выйдем поговорим! — громко произнес Худолей и церемонно направился к выходу.

— Он что, опять набрался? — крикнул вслед Шаланда.

— Похоже на то, — Пафнутьев недоуменно пожал плечами и вышел на площадку. Здесь Худолей, плотно прикрыв дверь, отбросил свои жеманные телодвижения и заговорил таинственным свистящим шепотом.

— Значит так, Паша, слушай меня внимательно и не говори потом, что ты не слышал... Ты семечки употребляешь в пищу?

— Я так и знал. Это хорошо. Зубы дольше сохранятся, а зубы сохранишь — женщины любить будут. Но я не об этом... Знаешь, есть семечки мелкие, черные, но вкусные, особенно поджаренные. Есть семечки крупные, но часто они бывают пустоватыми. Шелуха у них удлиненная, а зернышко маленькое и какое-то хиловатое, заморенное. И шелуха тоже мягкая, не трещит на зубах, сколько ее ни поджаривай. А есть семечки полосатые... Видел когда-нибудь?

— Как полосатые? — не понял Пафнутьев. — Полосы идут вдоль или поперек?

— Вдоль, только вдоль. Вот такие. — Худолей вынул из кармана прозрачный пакетик и показал семечки, которыми совсем недавно угостил его капитан милиции Вобликов. — Всмотрись, Паша, всмотрись! Видишь? Различаешь?

— Да, в самом деле полосатые. И что из этого следует?

— А вот шелуха, которую я подобрал на том самом месте, где стоял этот придурковатый Вобликов и плевался. Нервничал он, видите ли, вопросы ему, видите ли, не нравились. И плевался этими вот семечками. В доме, где совершено убийство. Обслюнявит и выплюнет, обслюнявит и выплюнет...

— Так... — Пафнутьев наклонил голову. — Понял. Он нехорошо поступал. Сделаю ему замечание.

— Не надо делать ему замечаний. Упаси тебя Боже! — сказал Худолей, пряча пакетик. — Слушай дальше. Вот дверь, в которую вчера ночью ворвались бандиты и всех перестреляли. Скорее всего с перепугу.

— Некоторые с перепугу пукают, потеют, мочатся... — задумчиво проговорил Пафнутьев.

— Совершенно верно. А эти стреляют старухам в затылок. Ладно, Паша, я не об этом. — Худолей заволновался, похоже собираясь сказать нечто важное. — Ты, Паша, слушай и проникайся моей мыслью... — Вот дверь, в которую этой ночью ворвались бандиты. Как это происходило? Скорее всего, один из них позвонил, а остальные прятались за поворотом лестничного марша...