Банда 5

Знаете, не могу утверждать твердо, но мне кажется, что я даже запомнила его рубашку...

— Чем же она вам так запомнилась? — осторожно спросил Пафнутьев.

— Широкий черный воротник в мелкий горошек... Материал вроде бы женский, а рубашка на мужчине...

— Надо же, — озадаченно проговорил Пафнутьев. — У вас такая наблюдательность...

— Это время такое, Павел Николаевич. — По голосу Пафнутьев понял, что девушка улыбается. — Все с повышенным интересом отмечают, кто на чем ездит, кто во что одет, кто что ест и пьет, кто с кем спит... Рыночные отношения ворвались в личную жизнь, Павел Николаевич! — рассмеялась Лена. — Хорошо или плохо, но это так, с этим приходится мириться.

— Вы потрясающая женщина! — воскликнул Пафнутьев.

— А почему вы решили, что я уже женщина?

— Девушка перечислила бы все, что и вы, но без последнего уточнения — кто с кем спит.

— Да? — озадаченно удивилась Лена. — Надо же... На каких мелочах можно прокалываться... Наверно, вы тоже в чем-то потрясаете окружающих?

— У меня обалденные внешние данные! — уверенно заверил Пафнутьев. — Когда я вижу себя в зеркале, то не могу поверить, что это он и есть, Павел Николаевич Пафнутьев.

— Обязательно! Непременно!

— До скорой встречи! — напористо воскликнул Пафнутьев и тут же положил трубку, потому что не было у него уже сил, не было духу продолжать этот рискованный и двусмысленный разговор. Тем более что он уже знал — идет треп, пустой и никого ни к чему не обязывающий. «Не станет Сысцов держать секретаршу, которая вот так легко бы откликалась на чьи-то лукавые слова. Да и не дура она, судя по всему, чтобы вести себя столь легкомысленно. Значит, это просто высокий класс секретарши, и не более того. Кто знает, может быть, она с самого начала подключила Сысцова и тот слышал каждое их слово... Скорее всего, так все и было. Учитывая взвинченность нынешнего состояния Сысцова, не может он пренебречь новыми сведениями. А раз так, то сам позвонит», — решил Пафнутьев и в этот момент раздался звонок.

— Здравствуйте, Павел Николаевич! Сысцов беспокоит.

— А, Иван Иванович! — радостно закричал Пафнутьев. — А я только что назначил свидание вашей секретарше.

— Поздравляю, — усмехнулся Сысцов. — Немногим удается тронуть ее сердце. Вам удалось... Поздравляю.

— Спасибо, Иван Иванович. Лена, похоже, доложила вам о нашем разговоре?

— Павел Николаевич... Лена сказала мне еще вчера, что узнала этого типа.

— Почему же сразу не позвонили?

— Не знаю... Старческая опасливость.

— Но вы же связались со мной, Иван Иванович!

— Да, согласен... Я этого недооценил. Вы считаете, что опасность для меня миновала?

— Не знаю, Иван Иванович, не знаю. — Пафнутьев помялся. — Во всяком случае, сегодня... Сегодня — да. Они спасаются и, кажется, впали в состояние самоуничтожения.