Банда 4

Если она не просыпается целую ночь, значит, может вообще не проснуться. С ней что-то сделали, это не простой ребенок, это еще тот ребенок! И надо от нее избавиться, пока жива, а то потом на скамью подсудимых с тобой рядышком усядемся, как вампиры и детоубийцы. — Пафнутьев набрал номер дежурного милиции. — Алло! Шаланда на месте?

— Были звонки по поводу пропавшей девочки?

— Не было. Были звонки по поводу пропавшего мальчика.

— А Бог его знает... Двенадцать лет, ученик, светлые волосы, джинсовые штаны, плащевая куртка...

— Все понял, — перебил Пафнутьев. — Придет Шаланда — передайте привет.

Скажите, что я всегда о нем помню. Именно эти слова — я постоянно помню о нем.

— Передам! — рассмеялся дежурный. — Ему, наверное, будет приятно.

— Поехали, — и Пафнутьев рванулся в прихожую. Вику с девочкой он пропустил вперед и, пока она спускалась по лестнице, запер дверь на несколько замков — это стало нормой, стальные двери надо было запирать на засовы, чтобы никакой взрыв не выворотил их вместе с рамой. — К Овсову! — бросил он водителю, падая на сиденье рядом с ним.

— И до этого дошло, — рассудительно заметил водитель.

— Дошло, — кивнул Пафнутьев.

— Набираем, Володя, набираем.

— А то, я смотрю, вы уже с пушкой не расстаетесь... Скоро стрельба?

— Предупрежу тебя заранее.

— Есть один человек... Гранатомет предлагает...

— Бери, не раздумывая.

— Я не шучу, — водитель искоса взглянул на Пафнутьева.

— Мне тоже, Володя, не до шуток.

— Быстрей, пожалуйста, — сказала Вика, дождавшись паузы в разговоре.Ребенок, мне кажется, стал синеть...

— Поздно прибавлять скорость, — сказал водитель.

— Почему? — вскинулась Вика.

Овсов ждал их, лежа на кушетке. Лицо его было заспанным, седые волосы всклокочены, халат распахнут. Пафнутьев не видел его несколько месяцев и теперь всматривался в лицо хирурга, пытаясь найти следы прошедшего времени, — Сдаю, Паша, сдаю, — сказал Овсов, взглянув на Пафнутьева. — Особенно по утрам.

— Хороша была ночка?

— Слава Богу, что кончилась, — вздохнул Овсов. — Что у вас?

— Ребенок, — Вика положила сверток на стол и развернула. Девочка продолжала спать, но губы у нее действительно приобрели фиолетовый оттенок.

— Как идет время, — протянул Овсов, потирая лицо руками, — как идет время, Паша! Вот ты уже с дочкой...

— Вчера купил, — быстро вставил Пафнутьев, не дожидаясь следующих вопросов. — Возле универмага. Три бутылки водки просил мужик.

— И ты отдал три бутылки водки? — ужаснулся Овсов.

— Конечно, нет, — успокоил его Пафнутьев. — Пообещал, но не отдал.

Злоупотребил служебным положением. Мужика сдал в милицию, а дите забрал себе.

— Тогда ладно... А то ведь цена-то завышенная... Мне такого же младенца отдавали всего за две бутылки водки, и то я отказался. Дороговато.