Банальное убийство

Заодно они обменялись и несколькими фразами, смысл которых сводился к тому, что нам все равно надо куда-нибудь пойти и переговорить. Питер Джей после некоторого раздумья предложил свою квартиру. Мы приняли приглашение, спустились с крыльца и прошли на восток, к Восьмой авеню, где поймали такси. Без десяти десять мы уже были перед многоквартирным домом с навесом перед входом на Парк-авеню в районе Семидесятых улиц.

Квартира Джея на пятнадцатом этаже была роскошным жилищем холостяка. Гостиная, с высоким потолком, просторная и хорошо обставленная, весьма бы подошла для нашего разговора, ведь именно здесь восемь месяцев назад Сью Маклеод познакомилась с Кеннетом Фабером. Однако Джей провел нас в свой кабинет, который, хотя и уступал по размерам гостиной, обставлен был ничуть не хуже: на полу лежал зеленый ковер, вдоль стен выстроились книжные шкафы, а в углу, рядом с письменным столом, стоял телевизор. Джей предложил нам выпить, но заказов не получил.

– Ну что ж, начинайте допрос! – криво улыбнувшись, выпалил Маслоу, сидевший так, что я не мог видеть Хейдта, и мне пришлось передвинуться в сторону.

– Пока мы сюда ехали, я передумал, – сказал я. – Мы поступим по-другому. В официальных показаниях, которые Сью дала в полиции, записано, что, согласно нашему уговору, мы с ней должны были встретиться перед проездом в пять часов вечера, чтобы вместе дождаться приезда Кена, но она на пятнадцать минут опоздала, меня там уже не оказалось, а потому она тоже ушла. Отрицать свое появление у «Рустермана» она не могла, поскольку несколько сотрудников ресторана видели ее там.

Три пары глаз вперились в меня.

– То есть в четверть шестого, когда обнаружили труп Кена, вас там уже не было, – констатировал Джей. – Вы были там раньше и успели уйти до появления Сью.

– Нет! – отрезал я. – Кроме того, согласно показаниям Сью в воскресенье Фабер признался ей в следующем: якобы он сообщил мне, что Сью ждет от него ребенка. Кстати, то же самое он и всем вам рассказал. Сью заявила, что именно это и стало поводом для нашей встречи с Кеном. Дескать, мы хотели припереть Кена к стенке и уличить во лжи. Теперь сами видите: у меня есть все основания говорить, что именно Сью втравила меня в эту историю. Неудивительно, что в полиции охотно поверили в мою виновность. Самое скверное…

– Почему же вы теперь вне подозрений? – злобно поинтересовался Маслоу."

"– Не перебивайте! – огрызнулся я. – Так вот, самое скверное тут в том, что Сью солгала полиции. Я не имею в виду историю с Фабером, который якобы рассказал мне про ее беременность. Вполне возможно, что он и в самом деле ей это наплел. По крайней мере, во вторник, когда мы с ним общались, он об этом и словом не обмолвился.