Банальная история, или Измена.ru

 – Вы же тут такие важные вопросы решаете: кто кому успел вперед рога наставить! Я уже давно вас слушаю и не перестаю удивляться. Такую образцовую пару из себя строили, а на деле оба оказались прелюбо деями!

Тася плюхнулась на табуретку, взяла с тарелочки кусок хлеба, посыпала его солью, откусила чуть ли не половину и с набитым ртом продолжила:

– Я, можно сказать, только вашей любовью и жила… Думала, что не все же кругом такие сволочи и дряни! Мои же родители не такие! Они живут в мире, согласии и любви уже целых двадцать пять лет, значит, такое все же бывает на свете! Ан нет! Не бывает! Мой папенька такой же козел, как все, а моя маменька – натуральная… шлюха!

Андрей отвесил девушке оплеуху. Тася вскочила со стула и крикнула:

– Ага! Правда глаза режет! Мне Милка рассказывала про маменьку и Борьку, но я не верила!! Убеждала ее, что такого просто не может быть, что ее придурок Кудеяр все врет! Оказывается, на этом свете все может быть!

– О чем ты, Тася?! Что ты мелешь? – гаркнул на всю кухню Андрей.

Таська отвратительно рассмеялась.

– Это я-то мелю? – спросила она и рассмеялась еще громче. – А ты сам спроси, что делала наша мамуля в постели с Борькой Кудеяром?! А что?! Она у нас еще ничего дамочка!! В самом соку!! Дурак будет тот, кто на нее не позарится!!

Теперь уже Вера не без удовольствия отвесила дочери пощечину. Таська залилась неудержимым и еще более гадким смехом. Потом вдруг резко перестала смеяться и сказала чужим голосом:

– Ну вот что, граждане родаки! Достали вы все меня так, что сил нет! Я от вас сваливаю, и не вздумайте меня искать! Вы мне отвратительны оба вместе со своими грязными любовниками и любовницами! Я же поняла, что этим подонком Соболевым вы хотели спасти меня от лесбиянства! Да! Давайте называть вещи своими именами! Так вот: лесбиянки-то и лучше! Они, по крайней мере, никому не врут! Они такие, какие есть! – Тася отмахнулась от отца, который хотел ей что-то возразить, и сказала: – Не волнуйся, я не к ним. Я буду жить своей жизнью, в которой не будет места никакой любви, ни однополой, ни разнополой! А если тело чего запросит, я, как и вы, найду себе кого-нибудь на часок, день или месячишко, а потом опять – одна! Только одна!!! Насмотрелась я на эти семейные радости!

И Тася, которая говорила с ними одетая в куртку и сапоги, вышла из кухни. Почти сразу за ней захлопнулась дверь квартиры.

– Она ничего с собой не взяла, значит, еще вернется, – с надеждой в голосе сказал Андрей.

– А я думаю, что если и вернется, то не скоро, – устало отозвалась Вера. Ее вдруг совершенно оставили силы. Она даже не могла переживать за дочь. В конце концов, ей уже двадцать. Вполне взрослый человек. Она, Вера, в этом возрасте уже готовилась стать матерью.

– А что там было с Милкиным Кудеяровым? – настороженно спросил Андрей.